Уважаемый пользователь. У вас отсутвует псевдоним, поэтому страница профиля недоступна. Пожалуйста добавьте данные в разделе Мои настройки - Данные входа - Псевдоним

Мои настройки

 Доктора, которые меня лечили, сделали удивительное – после трёх лет в коме и почти года процедур, я действительно вновь начал ходить. Конечно, не смотря на то, что медицина за последние века сделала открытия, которые помогли полностью победить болезни, даже рак, с простыми травмами было справиться не так просто, если у тебя нет денег. Были всевозможные процедуры, начиная от стимуляции и протезирования, заканчивая нано технологиями, однако это всё было не для нас – простых людей. Те, кто работал на Компанию, могли себе позволить жизнь без боли, мы же – простые люди, обходились по старинке анальгетиками и гипсами. Поэтому лечение в больнице, да ещё и процедуры, которые проводились, для меня казались фантастикой, но Зеф, как оказалось, мог себе это позволить. Он заботился обо мне.

Зеф посещал меня почти каждый день, ведя ничего необязывающие беседы обо всём на свете. Он рассказывал про чудеса медицины, о процедурах, которые делают врачи, о жизни в Городе. Именно от него я узнал гораздо больше о Компании – экономическом гиганте, который подчинил себе и Ареопаг, и сам Город. Он говорил, что Компания – неоднозначное явление. Без неё не мыслима современная жизнь, но и беды, которые часто происходят по её инициативе, имеют место быть. Он утверждал, что «не разбив скорлупы, омлет не получится», и в современном обществе без жертв не обойтись. Но всё же Компания была для Зефа домом, ведь он, как оказалось, один из главных магистров Компании. Должность очень высокая, если сравнивать её с «рабочими муравьями», о которых рассказывал мне отец. Но до кабинета советников или тем более директоров, Зефу было недобираться. Он был простолюдином, а  в верхушке Компании те, кто родился уже со статусом.

Священник так же меня посещал, но ни он, ни Зеф, не говорили, когда придёт Мнема, и придёт ли она вообще. Поэтому для себя я решил – когда смогу встать, я обязательно найду её и спрошу, почему она даже не навестила меня, ведь она была дорога мне, и, как я думал, я ей тоже был дорог. У меня был стимул встать и начать ходить, и я, превозмогая боль и слабость в мышцах, начал ходить.

 Сначала шаги давались мне с трудом, но с каждым днём всё легче становилась моя поступь, и совсем скоро я начал передвигаться почти сам, без помощи посторонних или каких то «ходунков».  Я тренировался двигаться каждый день, превозмогая непослушное тело. Я вставал с кровати, нередко просто падая на пол, поднимался и делал два, три, а то и пять шагов. Для меня это было действительно прогрессом, и я был горд собой, как капитан межзвёздного корабля, который преодолел пространство в миллионы световых лет от Земли и достиг новой гигантской звезды.

В моей палате без единого окна, кроме кровати и прикроватной тумбы, так же был стенной шкаф-купе с зеркальной дверью. Лёжа в своей койке, я не мог видеть своё отражение, но начав ходить, я почти первым делом подошёл к зеркалу.  На меня в отражении смотрел худой, почти темнокожий парень, не стриженный и лохматый. Руки и ноги были худы, но плечи достаточно широки. Моё отражение напоминало некую смесь пришельцев из книг фантастики прошлых веков и доведённого до истощения путника. На лице начинали пробиваться редкие волоски, что свидетельствовало о моём взрослении, которого я не помню. Глаза были безжизненны, а губы сухи, но при всём при этом я чувствовал себя сильным, ведь я вновь начал ходить, а это настоящее чудо!

В один из дней, когда моя поступь была почти уверенной, я подошёл к двери моей палаты, которая открывалась лишь когда приходили врачи или Зеф со священником.  Так как я долгое время был «лежачим», дверь или окно меня не интересовали, но начав ходить, я хотел побыстрей выйти на свежий воздух и оказаться в своей родной провинции. Я мечтал выбраться из палаты и постараться начать жить как раньше, хотя понимал – как раньше уже не будет.

Подойдя к двери, я заметил очень странное явление – у двери не было ручки или замка с моей стороны, она открывалась только снаружи. Странно, в обычной больнице таких ограничений не было, и тогда я впервые задал вопрос – где я нахожусь.

Дверь открылась, и за ней стоял Зеф.

- Кей, я рад видеть тебя на ногах. Надеюсь совсем скоро смогу видеть тебя и бегающим по полям и просторам.

- Почему замок с одной стороны? – в лоб задал я вопрос.

- Видишь ли, Кей, ты не в простой больнице. После того как тебя нашли без сознания, тебя действительно поместили в самое простое отделение самой обычной больницы. Но врачи того заведения были бессильны тебе помочь, и тогда близкие тебе люди обратились ко мне, и я перевёл тебя сюда. Это военный госпиталь Компании для особых людей.

- Каких особых?

- Для преступников и бандитов, Кей. Но здесь одни из самых лучших врачей и надёжная охрана, поэтому я не переживаю о твоей безопасности. Но быть тебе лучше в своей палате.

Я был шокирован. Я в тюремном госпитале Компании, где вокруг меня одни преступники и мятежники. Сказать мне было нечего, но Зеф и не ждал, что я что-то скажу.

- Здесь самые лучшие врачи, как ты убедился, поэтому совсем скоро ты выйдешь отсюда новым человеком.

- Кто решил меня сюда отправить?

- Я настоял на этом. Это случилось после того как Мнема пропала.

- Мнема пропала?

- Я не хотел тебе говорить, пока мы не убедимся в твоей стабильности, но ты должен знать. Почти сразу после того как у тебя случился приступ и священник нашёл тебя и отвёз в провинциальную больницу, Мнема  ушла на работу и больше не приходила домой. Священник остался один о тебе заботиться – я был далеко и не знал о твоём состоянии. Но когда деньги у священника на твоё лечение закончились, он обратился ко мне. И ты оказался здесь. Мы помогли тебе, Кей, ты должен это понимать.

- Я понимаю, и благодарен Вам за всё. Но откуда такая забота, Вы почти меня не знаете?

- Ты мне будешь очень полезен, Кей, ведь ты не простой мальчик. Но об этом поговорим, когда ты окрепнешь. А пока  - тебе нужно набираться сил. Скоро ты выйдешь из своей палаты.

И Зеф был прав. Скоро я действительно покинул палату без окон, но в госпитале я провёл ещё немало времени.