Глава
13

На следующее утро Рикардо отправил фотографию Энтони Гэнджера во все больницы города и округи.

Когда дело было сделано, он приготовился ждать, надеясь на лучшее. По прошествии времени он получил ответы из всех пунктов: такого человека там никогда не видели. Детектив тяжело вздохнул и откинулся на стуле. Наверное, это конец...


Майлз проснулся в своей комнате и, поначалу, не смог понять, где находится. "Ах да, я же в доме своих родителей. И когда я успел заснуть?", — он медленно поднялся и снова оглядел комнату. Да, здесь мало что изменилось. Те же книжные полки, тот же письменный стол у окна, тот же шкаф с одеждой...

Он встал, подошел к шкафу и открыл дверцы. Так и есть: его родители ничего не выбросили. Здесь все так же висела его одежда пятилетней давности.

Он взял один из своих старых костюмов, в котором еще ходил в школу. Это была бежевая вельветовая тройка.

— Интересно, — протянул он. — Почему бы не вернуться в прошлое хотя бы так?

Через пару минут он спустился к завтраку, переодевшись в свой бежевый костюм.

Когда он вошел в гостиную ему показалось, что родители его не ждали. Будто они забыли про его приезд и немного удивились, увидев его. "Что ж, ничего странного", — мысленно констатировал он, а затем добавил, будто обращаясь к детективу Родригесу:

"Ну что, ты до сих пор не веришь мне, Рикардо?"

Сердж вздохнул и сел за стол.

Поначалу у них шла обычная светская беседа. Он немного рассказал им о том, чем занимается на работе. Они вроде бы даже проявили интерес. Но, видно, их все-таки не очень-то волновало, чем жил их сын вдали от дома последние пять лет.

Сердж посмотрел на них печальным взглядом. Ему хотелось сказать им: "Мама, папа, я здесь! Я — живой, и мне больно. Мне очень нужна ваша помощь. Я так по вам скучал!". Но все это были лишь сообщения его так называемого "психологического внутреннего ребенка". А ребенку в этом доме никогда не были рады.

Серджу стало ужасно тоскливо. И тогда он снова вздохнул, набрался смелости, и начал настоящий разговор.

— Послушайте меня, — сказал он тихо. — Я должен вам кое-что рассказать...

Он внимательно оглядел их. Готовы ли они это услышать? Они смотрели на него слегка удивленно.

— Когда я только начинал работать в полиции, четыре года назад, я...— Сердж замолчал, пытаясь подобрать слова. — Я работал на мафию, — наконец произнес он ледяным тоном.


****


Он рассказывал как можно подробнее, он говорил очень долго. Он решил ничего не утаивать. Чтобы они все знали. Сердж не хотел этого больше скрывать, ведь даже Рикардо он не мог рассказать всего.

Когда он закончил, он снова посмотрел на них. Мать напряженно смотрела в сторону, отец опустил взгляд и смотрел на стол. Наконец, мать не выдержала и заплакала.

— Я вырастила монстра, — пробормотала она сквозь слезы, прижимая ладони к губам.

— Зачем ты так говоришь? — спросил ее Сердж, вставая со стула. — Я ведь не хотел этого... — начал было он, но его прервал отец.

— Как ты разговариваешь с матерью, Сердж? — возмутился он, ударив кулаком по столу. — Она же столько сил положила, чтобы воспитать тебя, а ты...

— Но я не хотел этого! — повторил он растерянно.

— Как это "не хотел"? — отец встал и подошел к нему. — Это было или нет?

— Было, — признался Сердж после недолгого молчания.

— Значит, хотел, — подытожил отец, и осуждающе скрестил руки на груди.

— Не осуждай хоть ты меня, пожалуйста, мне и так плохо, — попросил Сердж.

— Ты еще хочешь, чтобы мы тебя не осуждали! А чего ты ожидал, рассказывая это? — затем отец задумался и добавил:

— Ты что, в нашем доме спрятаться что ли решил? Сбежать от наказания?

— Нет. Меня не тронут. У нас договоренность, — объяснил Сердж сумбурно. — Я должен выполнять определенные условия. Комиссар полиции все знает. Я "под присмотром" у нашего детектива...

— И что же, они все знают и молчат? — отец нахмурил брови. — Что это за полиция, в которой ты служишь? Что это за город такой?

— Они защищают меня, — продолжал оправдываться Сердж. — Они дали мне еще один шанс! Разве это плохо?

— Да я бы тебя за это в концлагерь отправил! — закричал Брендан Майлз и замахнулся на него кулаком.

— Что же это? И ты — тоже? — ошарашенно спросил Сердж, вспоминая о Гэнджере. — Все вы...

— Что? — отец подошел к нему вплотную. — Подумай, прежде, чем сказать!

— Осуждаете, — произнес Сердж с выдохом. — Только осуждать вы и можете!

Его отец прищурил глаза. Затем поднял руку, отвел ее в сторону и хотел ударить его по лицу. Сердж машинально отпрянул в сторону.

— Что это? Что ты делаешь? — изумленно спросил он отца.

— Хотел поставить тебя на место, — гневно ответил тот.

Сердж посмотрел на отца, затем на мать, все еще сидящую за столом и закрывающую лицо руками.

— Лучше бы нам было этого не знать, — прошептала она. — Зря ты вообще, наверное, приехал...

— Осуждаете, вы все,  — со злостью прокричал Сердж в ответ и резко бросился к лестнице, чтобы подняться в свою комнату.


****


Когда-то его мать была очень красива. Да и отец тоже...

Они вместе приехали из Ирландии со своими родителями, когда им было всего шестнадцать. Потом их родители уехали домой, а они так и остались здесь. Когда у них родился ребенок, казалось, он им только мешал. Они были так влюблены друг в друга, что воспринимали его, как кого-то лишнего, только отвлекающего их внимание друг от друга...

Когда Сердж вырос, он никогда не спрашивал их, законно ли они проживают в этой стране, но сам понимал, что, наверное, нет. Но он не хотел обвинять их. Таким он был человеком — он не хотел обвинять никого и ни в чем. Это было его жизненной философией, или потребностью самой его души. Но сам он не редко становился объектом осуждения. В том числе, для своих родителей...

Сердж устало сел на кровать. Достичь примирения не удалось. Что ж, его жизнь часто предоставляла поводы для разочарования. Наверное, ему придется уехать отсюда раньше времени. "Ничего не получилось, Рикардо", — подумал он. И зачем он только решил рассказать им правду о себе?

Неожиданный стук в дверь прервал поток его мыслей. Это был отец.

— Можно войти? — спросил он.

Сердж молча сделал приглашающий жест.

— Послушай, Сердж, — начал отец. — Наверное, зря я так грубо с тобой разговаривал, — он виновато опустил голову. — Я погорячился...

Сердж отвернулся от него.

— Все, что ты рассказал нам с матерью меня очень испугало. Мы не думали, что у тебя там ТАКАЯ жизнь, — он многозначительно вздохнул и присел рядом с ним. — Послушай, этот Гэнджер... Он что, тебе угрожает? — вдруг спросил он.

Сердж молча кивнул.

— И что, он так опасен?

— Он может убить меня, — холодно ответил Сердж. Он понимал теперь, что Гэнджер способен и на такое.

На минуту отец замолчал. Потом снова вздохнул и, наконец, сказал:

— Что ж, если все так серьезно, то можешь оставаться здесь, сколько тебе потребуется, — отец неожиданно улыбнулся и положил руку ему на плечо. — Мы тебя прогонять не станем!

Сердж улыбнулся ему в ответ.


Прошло время, он общался со своими родителями уже совершенно по-другому. Казалось, они будто начали раскрываться, показывая свою симпатию к нему. Они вместе долго гуляли в округе. Это был очень красивый город. В отличие от Мистрэла, он был полон красок и жизни.

Они хорошо проводили время вместе, а когда родителей не было рядом, Сердж в одиночестве прогуливался по их дому, рассматривая старые вещи. Казалось, он находился в каком-то музее своего прошлого.

Как-то он проходил мимо библиотеки и решил посмотреть на книги, которые раньше читал. Он взял один том и открыл его. Это была серьезная драма, которую он читал еще в школе — тогда она произвела на него сильнейшее впечатление...


****


Немного спустя Сердж сидел в гостиной в старом кресле, держа в руках одну из самых любимых книг своей юности. Ему было интересно, как он будет воспринимать ее теперь, спустя пять—шесть лет. Он мерно перелистывал страницы, рядом негромко гудел телевизор, который любили смотреть его родители, сейчас сидевшие на соседнем диване, на стене мирно тикали часы...

Все это создавало некую атмосферу уюта и защищенности, которую так не хватало Серджу последние несколько лет. Но внезапный вопрос матери нарушил состояние идиллии:

— А этот человек — он твой друг, да? — спросила она, не отводя взгляд от экрана.

— Какой человек? — спросил Сердж настороженно, поднимая глаза. Его друзей за всю жизнь можно было по пальцам одной руки пересчитать.

— Который приезжал сюда где-то в прошлом году. Я вдруг вспомнила о нем, и подумала, может это был тот детектив, о котором ты говорил...

— Что за человек, как он выглядел, как его звали? — Сердж проявил профессиональную бдительность.

— Ну, он был достаточно высокий, смуглый, лет сорока...— неуверенно произнесла мать.

— Как его звали? — повторил свой вопрос Сердж дрожащим голосом. Он уже догадывался, кто это мог быть.

— Кажется, его звали Уильям, — ответил отец, ничего не подозревая.

"Гэнджер!" — в голове Майлза будто прозвучал гром. Все окружающее стало терять очертания, казалось, его сознание стало угасать. Но он собрал все свои силы и попытался спросить, как можно более спокойно:

— Зачем он приезжал?

— Он спрашивал что-то про тебя, — как ни в чем не бывало ответила мать. — Вот я и решила, что он твой друг, коллега, — она пожала плечами.

— И что вы ему рассказали? — Сердж с трудом сдерживал себя.

— Да так... как ты живешь. Сказали, что ты нас давно не навещал, что уже несколько лет живешь в этом своем Мистрэле — ничего особенного!

— И долго он здесь пробыл? — спросил Сердж.

— Несколько дней. Жил где-то по соседству, осматривал округу, — продолжил отец. — Потом попрощался с нами и уехал, — спокойно сказал он. — А что?

— И вы даже фамилию его не спросили? — Сердж почувствовал, что роняет книгу из рук, но не мог остановить это.

— Нет. А зачем? — удивилась мать.

"Так это же был Гэнджер! Понимаете?!", — хотел выкрикнуть Сердж, но вовремя остановился. Вместо этого, он спросил:

— Как же вы могли рассказывать обо мне человеку, которого вы в первый раз видите, и даже чьей фамилии не знаете?! — проговорил он, еле сдерживая злость от боли и отчаяния.

— Но мы думали, он твой друг, — снова пожала плечами мать, наконец, переведя взгляд на него. — Разве нет?

— Да какой он мне друг! — не выдержав, прокричал Сердж и сорвался с места.

Он бегом поднялся по лестнице и рывком влетел в свою комнату. От переживаний он опустился на пол и сжал голову руками. В голове стучало: "Предательство, предательство, предательство"...

— Нет, нет, нет! — выкрикнул он и бросился к телефону, чтобы набрать номер своего водителя.

Нужно возвращаться в Мистрэл!