Глава
5

Прошло около получаса, прежде, чем Татьяна наконец вновь очутилась в отведенной ей комнате. Роман, покрутившийся возле нее с видом крайней озабоченности и помогший перевязать кое-как руку, как истый джентльмен проводил девушку до комнаты и смылся, недовольно сообщив, что с ним жаждал поговорить Эрик. Сама Татьяна свидетельницей этой самой жажды со стороны блондина не была, но в данной ситуации была вынуждена поверить молодому человеку на слово. Тем более, что рука немилосердно болела, заставляя забыть обо всем, что не могло так или иначе облегчить этой боли.

Расставшись с Романом, девушка, осторожно держа руку и стараясь ею не шевелить, прошла в комнату и, присев на кровать, тихо вздохнула. Вот тебе и приключеньице… А ей-то еще казалось, что жизнь в замке может быть скучной и однообразной! Нет, конечно, Эрик определенно стал мягче с ней, но… Сейчас Татьяне уже не казалось, что ради такого отношения к ней хозяина замка стоило получать рану. Девушка опрометчиво оперлась рукой о кровать, зашипела от боли и, глянув на проступившее сквозь тонкую ткань бордовое пятно, решительно поднялась на ноги. Нет, так дело не пойдет. Роман, конечно, медик от Бога, и не пожалел даже какой-то тряпочки, чтобы перевязать ей рану, но, пожалуй, все-таки лучше будет обратиться за помощью к Эрику. Возможно, в этом замке водится какое-нибудь подобие обезболивающего или, на худой конец, йод пополам с перекисью водорода…

Татьяна подошла к двери, которую, зайдя в комнату, не закрыла и осторожно выглянула наружу. Увидеть рядом с комнатой Романа или Эрика она, само собой разумеется, ни капли не опасалась, но вот лев, который после сражения деловито учесал куда-то в недра замка, внушал ей определенные опасения. Кто его знает, этого котика, а ну как, учуяв запах ее крови, решит еще раз попробовать ее на вкус? Не хотелось бы, чудом избежав смерти от топора, окончить дни в львиной пасти.

Впрочем, ничего котообразного поблизости не наблюдалось. Девушка еще раз внимательно осмотрела коридор, точнее, ту его часть, что была озарена светом из комнаты и, набрав побольше воздуха, решительно отправилась в путь.

На сей раз ей, даже не смотря на то, что искать нужный поворот во тьме она отправилась в одиночку, без сопровождения в виде Романа, все же удалось свернуть там, где надо и, запнувшись о первую ступеньку лестницы, на удивление успешно миновать ее. Открыв здоровой рукой дверь, ведущую в гостиную, Татьяна вздохнула с облегчением. Что ж, самое трудное позади. Теперь осталось только пройти по достаточно светлой, по сравнению с коридором, комнате, открыть дверь в ее противоположном конце, и… Из-за двери, к которой как раз приблизилась девушка, донеслись знакомые голоса. Татьяна невольно остановилась, то ли не желая прерывать беседу, то ли опасаясь, что хозяин замка и его собеседник решат, что она подслушивала, а то ли и в самом деле желая сделать это, дабы узнать, о чем же идет речь.

Разговор, судя по всему, только начался, поэтому девушка, дабы не пропустить ни слова, поспешила замереть, внимательно вслушиваясь в каждое из них.

- …хотел поговорить? – голос Романа с извечно насмешливым оттенком в нем узнать было не труднее, чем голос отвечающего ему блондина. Хотя Татьяне, слушающей их беседу через дверную створку, голоса молодых людей неожиданно показались довольно похожими, чего прежде она не замечала.

- Я хотел это сделать еще полчаса назад, - Эрик, как обычно, не уступая себе, говорил таким тоном, что казалось, будто в нем похрустывают хрусталики льда.

- О, прости, пожалуйста, - в голосе молодого человека явственно послышалась улыбка, - Я немного заплутал. Замок так велик, я совсем не знаю…

- Прекрати, - оборвал собеседника хозяин замка, - Я не намерен слушать снова твои шутки. Это серьезный разговор.

- Да я итак серьезнее некуда, - невозмутимо ответствовал Роман, и Татьяна, старающаяся даже дышать тише, удивленно приподняла брови. Что-то не похоже, чтобы юноша хоть капельку опасался хозяина замка. А между тем, последний явно чем-то недоволен, и Роману следовало бы поостеречься…

- У тебя странное понятие серьезности, - последовал хмурый ответ, - Я не знаю, в какие игры ты играешь на сей раз, но…

- Да ни во что я не играю! – перебил собеседника молодой человек, - Я такой же, как и всегда, совершенно обычный, приземленный и вообще скучный, маленький и скромный… я.

- И именно поэтому ты предпочел не оказывать помощь мне сегодня?

- Но ведь ты, котик и мадам так чудно справлялись! – в голосе Романа послышалось что-то похожее на веселое удивление, - И я подумал – кто я такой, чтобы мешать деткам развлекаться?

- Ты прекрасно знаешь, что развлечением это не было, - отчеканил Эрик, - Татьяна – не равноценная тебе замена, ты понимаешь это.

- Как не равноценная? – как обычно очень натурально удивился молодой человек, - Разве не равноценная? А я-то думал, ты остался доволен ее помощью…

- Роман! – голос блондина прозвучал куда как более резко, и на парня это, видимо, произвело должное впечатление. Судя по звукам, он прошелся по холлу, где-то остановился и тяжело вздохнул. Даже не видя его, Татьяна чувствовала, что Роман борется сам с собой, словно бы решая, говорить что-то или нет. Наконец решение было принято.

- Ладно, к черту… - пробормотал юноша, довольно тихо, однако же, вполне различимо, - Похоже, придется прервать игру на самом интересном месте. Видишь ли… - это он произносил уже громче, -  Вынужден сказать тебе, дорогой брат, даже рискуя задеть твое самолюбие, что за собственные глупости каждый должен расплачиваться сам. И ты в том числе. А если безрассудная девочка решила выскочить и подставиться под топор – это ее дело, но уж никак не мое.

- То есть как… «брат»? – одними губами прошептала Татьяна, по мере речи Романа все сильнее и сильнее стискивающая ручку двери.

- То есть как «глупости»? – несколько недовольно, но с уже определенно другой интонацией осведомился Эрик, вероятно, не слыша слов девушки.

- То есть натурально, - хладнокровно ответствовал молодой человек и, вероятно подойдя ближе к балюстрадам, так как голос его зазвучал громче, не менее хладнокровно добавил, - Татьяна, если уже подслушиваешь или делай так, чтобы я этого не слышал, или иди сюда и слушай честно и откровенно. Предупреждаю – я за второй вариант.

Девушка, которая уже собиралась, было, продолжить делать вид, что ее тут нет, а потом тихонько удрать к себе в комнату, от последней фразы вмиг испытала прилив раздражения.

- Это угроза? – поинтересовалась она у закрытой двери и, лишь затем сообразив, что сейчас лучше было бы вообще помолчать, поспешила зажать себе рот рукой. Однако, слова уже прозвучали, и юноша, по-видимому, совершенно довольный ими, не преминул ответить.

- Всего-навсего предупреждение, - за дверью раздались решительные шаги, и в следующий миг она, вырвавшись из рук Татьяны, распахнулась, являя ее взору очаровательно улыбающегося Романа.

- Ну-ну, иди-ка сюда, дитя мое недобитое.

- Кто еще чье дитя… - недовольно пробурчала девушка, однако, спорить не стала, без особой охоты покидая гостиную и заходя в холл.

- Тебе сказать, сколько мне лет? – елейным голоском поинтересовался молодой человек, который, посторонившись, дабы дать Татьяне пройти, теперь следовал за ней и тем самым создавал у девушки ощущение, будто ее ведут под конвоем. На расстрел, видимо.

- Спасибо, я догадываюсь, - буркнула она и, демонстративно сложив руки за спиной, покинула пространство за балюстрадами, являясь пред очи хозяина замка и морально готовясь к воспитательной беседе. Однако же, к ее вящему удивлению, беседы не последовало. О вреде подслушивания в масштабах замка никто рассуждать не спешил, да и вообще, говоря начистоту, похоже было, что присутствие ее для господина де Нормонд осталось совершенно незамеченным.

Постояв несколько секунд в ожидании хоть какой-нибудь реакции со стороны блондина, и не дождавшись оной, Татьяна чуть пожала плечами и, буквально кожей ощущая близость остановившегося у нее за спиной Романа, поспешила отойти немного в сторону от прохода.

Юноша в ответ на это насмешливо хмыкнул и, вновь приняв вид невинного милого мальчика, прошествовал вперед.

- Так о каких «глупостях» ты говоришь? – осведомился Эрик, и девушка, скромно притулившаяся возле балюстрад, тихо вздохнула, убеждаясь в совершенной своей незаметности для хозяина замка. Гостеприимный же он, однако, человек… Как только, с учетом такой потрясающей внимательности к другим, у него еще лев лапы не отбросил?

- А ты не догадываешься? – уточнил Роман и, подойдя еще ближе, оперся о стол, на который прежде его брат закидывал ноги, ладонями, внимательно всматриваясь в лицо последнего, - Эрик, современные люди не убивают людей прямо вот так… среди бела дня. Они для этого хотя бы ждут ночи.

- По-моему, тогда как раз была ночь, - блондин совершенно невозмутимо пожал плечами, и опять забросил ноги на стол, едва не прищемив при этом пальцы брата. Последний, едва успев отдернуть руки, недовольно фыркнул.

- И ноги на стол воспитанные люди не закидывают! Брат мой, я, конечно, чрезвычайно счастлив тому, что ты прямо таки на глазах отмерзаешь, но не мог бы ты делать это капельку помедленнее? А то я прямо за тобой не успеваю.

- Нечеловеческая сущность противоречивости добавляет, что ли? – девушка, скрестив руки на груди, бросила на молодого человека недовольный взгляд исподлобья, - Совсем недавно переживал, что поболтать не с кем.

- Вот я тобой поужинаю и точно болтать не с кем будет, - с деланным спокойствием пообещал Роман и, обернувшись через плечо, одарил девушку широкой улыбкой. Улыбка эта была, видимо, призвана напугать собеседницу, демонстрируя остроту и длину зубов или, по крайней мере, непосредственно клыков вампира, однако, фокус не удался. То ли Роман забыл, как это делается, то ли понадеялся на то, что зубы сами поймут, что необходимо принять более устрашающий вид, - сие так и осталось тайной. Зубы высокой степени догадливости не проявили, оставаясь все такими же ровными и красивыми, и молодой человек, поулыбавшись на всякий случай секунд пять, предпочел вновь отвернуться, быстро гася улыбку.

Татьяна, которая, надо признаться, не смотря на браваду, все-таки испытывала некоторые опасения касательно намерений этого юноши, не удержалась от смешка.

- Факир был пьян, фокус накрылся медным тазом, - прокомментировала она и мстительно добавила, - Чесноком на ночь обложусь.

- У нас тут чеснок не водится! – жизнерадостно ответствовал ей Роман и, бросив взгляд на брата, по примеру девушки скрестил руки на груди, - Иначе бы я им лично выходную дверь обложил, чтобы вот этот товарищ больше не удрал глупости делать.

- Да объясни нормально, в чем данные «глупости» заключались! - в голосе Эрика послышалось уже совершенно нескрываемое недовольство, однако, на брата его это почему-то не произвело должного впечатления. Вернее, впечатление-то произвело, но совсем не то, какое ожидалось.

- Браво, Эрик! – Роман, несколько раз радостно хлопнул в ладоши и, подскочив к Татьяне, обхватил ее за плечи одной рукой, слегка встряхивая, затем кивнул в сторону Эрика и воодушевленно произнес, - Зацени – наш водоплавающий разморозился!

Эрик медленно моргнул, и с совершенно естественным изумлением воззрился на брата. Затем неспешно перевел взгляд на девушку, моргнул еще раз и вновь взглянул на Романа.

- Кто?..

- Как кто, ты, конечно, - невозмутимо пояснил юноша и, тот час же решив реабилитироваться в глазах старшего брата, демонстративно указал на девушку, - Это она придумала!

- Чт… неправда! – возмутилась Татьяна, пытаясь сбросить с плеча руку молодого человека. Роман грозно нахмурился.

- Вот я не понял, ты что, во лжи меня обвинить хочешь, киса?

- А ты меня в том, что я похожа на Винсента? – фыркнула в ответ девушка, одаряя собеседника еще одним недовольным взглядом исподлобья. Молодой человек, не смотря на столь внезапно открывшуюся его нечеловеческую сущность, своими шуточками по-прежнему заставлял ее испытывать скорее раздражение, нежели страх.

- А ты похожа на Винсента? – заинтересовался юноша и, рывком повернув девушку к себе, внимательно всмотрелся в ее лицо. После недовольно покачал головой и, приподняв подбородок собеседницы кончиками пальцев, строго произнес:

- Нехорошо обманывать старого больного дяденьку. У тебя даже усов нет, да и грива жидковата… а туда же, в Винсенты лезть!

- Благодарю за комплимент! – окончательно возмутилась Татьяна и, резким движением высвободив лицо из хватки вампира, перевела взгляд на Эрика, - Никто не обидится, если я спрошу, всегда ли этот товарищ такой… больной на голову?

- Я обижусь! – в свою очередь возмутился юноша и, не давая брату произнести и слова, вновь повернул собеседницу лицом к нему, сжимая ее плечи, - Ты видел когда-нибудь еще такую наглость? Посмотри внимательно и ответь мне!

- Замолчите оба, - вздохнул блондин, неожиданно поднимаясь со стула и, подойдя к молодым людям, легким движением высвободил Татьяну из хватки вампира, сам слегка сжимая ее плечи. Девушка, ощутив себя под защитой хозяина замка, мигом расслабилась и заулыбалась уже безо всякого напряжения.

- Роман, брысь к себе, - продолжил тем временем Эрик, взирая на брата, быть может, уже не так холодно, как, вероятно, смотрел все эти годы, но все-таки без особой теплоты. От последнего это, разумеется, не укрылось.

- Мяу! – обиженно сообщил он, - Шшш!

- Извини, я не Винсент, мне будет затруднительно понять тебя, - хладнокровно сообщил хозяин замка и чуть сдвинул брови, - Я что сказал?

- Ага, ну конечно, как с девчонкой обниматься, так это он завсегда пожалуйста, как дурью маяться – тем более, а как со мной поговорить… - Роман перевел взгляд на лицо брата и поморщился, - Да иду я, иду, ушел уже. А она, между прочим, подслушивала, а ты… Хотя да, вы - два грубияна - вполне стоите друг друга, - с сими словами он, окинув на прощание хозяина замка и его гостью насмешливым взглядом, резко развернулся на каблуках и деловито зашагал в сторону гостиной. Хлопнувшая спустя мгновение дверь известила оставшихся в холле молодых людей, что юноша покинул их общество.

- Он не тронет тебя, - Эрик, безмолвно наблюдавший за процессом удаления брата из холла, неожиданно решил подать голос. Татьяна покосилась на собеседника и скептически воззрилась на дверь гостиной.

- Спасибо, конечно… Но, боюсь, если Роман пожелает среди ночи перекусить мной, он не станет спрашивать у вас дозволения. Да и Винсент тоже…

- Винсент? – блондин, выпустив плечи собеседницы с совершенно искренним изумлением воззрился на нее, - При чем тут Винсент?

- Как это «при чем»? – удивилась в свой черед Татьяна, - Да он на меня с первой нашей встречи покушается! – и она попыталась взмахнуть руками, дабы подчеркнуть значимость слов, - Руку мне облизал, и вообще… ой! – рану от резкого движения снова дернуло болью и девушка, неожиданно вспомнив, зачем, собственно, шла сюда, с надеждой воззрилась на хозяина замка, - Эрик, у вас же есть какое-нибудь древнее обезболивающее средство?..

Блондин чуть сдвинул брови.

- Обезболивающее?.. – непонимающе повторил он, однако, почти сразу, поняв, что имела ввиду девушка, кивнул, - Ах, что-то чтобы унять боль… Тебя беспокоит рука?

- Точнее, рана на ней, - подтвердила Татьяна и, вздохнув, продолжила, - Ну, скажите хотя бы в каком районе искать его, я, может быть, справлюсь сама. Если карту дадите.

- Если память не подводит меня… - задумчиво проговорил хозяин замка и, отведя взгляд от собеседницы, воззрился куда-то в левый угол холла, - То прежде в случае необходимости мне доводилось приходить за различными целебными препаратами сюда, - с сими словами он решительно направился вперед, бросив на ходу, - Следуй за мной.

Девушка, вновь убедившаяся в необыкновенном расположении к ней молодого человека, сдержала вздох и поспешила за ним.

Вопреки ожиданиям, путь до заветного места хранения «целебных препаратов» занял вовсе не так много времени, как обычные Татьяны блуждания по этому замку.

Не дойдя до балюстрад с левой стороны холла несколько шагов, блондин неожиданно остановился и, повернувшись к стене, потянул за невидимую непривычному взгляду ручку. Девушка лишь удивленно хлопнула глазами, глядя, как среди пыли и паутины, появившись будто бы ниоткуда, открывается узкая и не менее пыльная, чем все прочее, дверь.

- Что это? – изумленно поинтересовалась она, глядя на то, как хозяин замка уверенно заходит в эту самую дверь и жестом приглашает ее следовать за ним, - Что здесь было?

- Этого я не помню, - долетел из комнаты прозвучавший чуть приглушенно голос блондина, - Но здесь должно быть что-то, что сможет помочь тебе. Заходи, здесь нечего опасаться.

- Здесь всегда есть чего опасаться, - недовольно бормотнула себе под нос Татьяна, однако же, на сей раз игнорировать предложение собеседника не стала, осторожно пробираясь в неизвестную комнату.

Это оказалась небольшая каморка, совсем узенькая, и какая-то непривычная для этого замка с его роскошными, хотя и изрядно запыленными апартаментами. По форме своей она напоминала длинный пенал, короткую каменную кишку, завершающуюся небольшим пыльным окошком в толстой стене прямо напротив двери. С левой стороны сплошным рядом шли старые полки, стеллажи, покрытые слоем пыли и заставленные совершенно безумным, на взгляд Татьяны, количеством книг. Впрочем, помимо книг, здесь же стояли какие-то пузырьки, флакончики, лежали мешочки, наполненные неизвестно чем, кое-где виднелись разбросанные в каком-то странном порядке давно высохшие травы, и обрывки пожелтевшей от времени бумаги. С правой стороны картину разнообразила кровать – узкая койка, жесткая и неудобная даже на взгляд, стоящая практически вплотную к входной двери. За ее изголовьем опять начинались стеллажи, но чем заставлены они, девушке, с того места, на котором она находилась, видно не было. Впереди, под окошком, виднелся стол, пятна чего-то неизвестного на котором были заметны даже под слоем пыли. Он, как и стеллажи, был сплошь заставлен непонятными приборами и приспособлениями. Впрочем, в отличие от полок, инструменты на столе были несколько более разнообразны. К собственному немалому удивлению Татьяна сумела рассмотреть несколько колб, сделанных, вероятно, из вполне современного образчика стекла, или же из чего-то, крайне искусно его имитирующего.

- Похоже, тут жил какой-то старинный врач… - задумчиво пробормотала девушка, делая шаг внутрь каморки и озираясь, - Ну, или придворный алхимик…

Эрик, как раз подошедший к столу, живо обернулся на нее.

- Возможно, - лаконично ответил он и, указав на кровать, прибавил, - Присядь, пока я найду то, в чем ты нуждаешься.

- Я вроде и постоять могу, - вздохнула Татьяна, однако, решив не пренебрегать столь неожиданным проявлением заботы, кивнула, - Хорошо, - и аккуратно присела на предложенный предмет мебели.

Кровать, как она и предполагала, оказалась до крайности жесткой и совершенно не располагающей к длительному отдыху. Покрывало, коим она была застелена, совсем не смягчало койку, и, казалось, прикрывало собой настил из деревянных досок. Подушка же… Впрочем, подушки видно не было.

Покосившись на Эрика, увлеченного поисками того, что унимало боль во времена его бурной юности, Татьяна осторожно провела ладонью по пыльному покрывалу, пытаясь отыскать хоть какое-то возвышение, указывающее на место, куда живший здесь человек клал когда-то голову.

Неожиданно пальцы ее наткнулись на что-то, отличное от пыльной ткани.

На пол, оставляя в воздухе тонкий сероватый след, медленно и мягко спланировал пожелтевший листок бумаги.

Девушка вновь глянула на Эрика, но тот, углубившись в поиски, совершенно ничего не заметил. Впрочем, что могло быть страшного или хотя бы запретного к прочтению на этом желтом листочке бумаги?

Татьяна нагнулась и, подобрав его, передвинулась на кровати чуть ближе к двери, из которой в каморку проникало несколько больше света, чем давало запыленное окошко и, поднеся послание из прошлого ближе к глазам, попыталась разобрать его. В принципе, ничего особо загадочного увидеть на этом листочке она не ожидала. Скорее всего, это просто какое-нибудь глупое напоминание, вроде тех, что сегодня принято вешать на дверь холодильника. Что-то вроде «не забыть купить хлеба и масла», или…

Взгляд гостьи старинного замка выхватил из мешанины неразборчивых букв слово «вампир», и она, нахмурившись вгляделась пристальнее.

Чернила, коими была написана записка, сохранились на удивление хорошо, вероятно благодаря тому, что не видели солнечного света, однако же, почерк оказался до крайности неудобочитаем. И одновременно словно бы странно знаком вглядывающейся в буквы девушке.

В конце концов, не смотря на хронический недостаток света, уже привычный для этого замка, на скачущие во все стороны буквы и на массу непонятных сокращений, Татьяне все-таки удалось разобрать странную записку. Впрочем, нельзя сказать, чтобы это принесло ей хоть некоторое удовлетворение. Записка, представляющая собою, по всей видимости, какой-то странный список с понятными лишь автору пояснениями, гласила:

«Алхимик – чел. спос. сме. раз. яды, зелья и пр.

Маг – чел./не чел. влад. спос. – я. Спос. – что уг.

Semper vivens – люб. м. стать. Изучить!

Упырь – кровосос.

Вампир – благород. чем У. Сила + ум + пр. Маг., мат. – нет.

Интантер – Лично. Выш. чем В. М. материал.

                     Не нужд. в кр. + все с В. и больш.

                    Маг.

Оборотень – сущ. превра. во все.

Вервольф – en animaux.

Custos memoriae – неизв. Изучить!!!

Voras – сущ. прев. в паука. Обуч., пред., маг., материал. Аль.

Nemuritar – кто уг. Лично. Как уничт.?

Ведьмак – маг. По рожд. Ведьма – м. = маг, но слаб.»

- Ого… - пробормотала себе под нос девушка, когда, после нескольких минут старательного изучения старинной записки, наконец поняла, что по-прежнему ничего не понимает. Впрочем… Возможно, что и не совсем ничего. В голове мелькнула какая-то мысль, и Татьяна, напряженно нахмурившись, всмотрелась в листок еще пристальнее.

- Что это?

Девушка вздрогнула, отвлекаясь от мыслей. Эрик, то ли уставший от поисков, то ли обнаруживший то, что искал, ибо в руке он сжимал какой-то странной формы флакон, с едва заметным интересом взирал на свою гостью.

- Не знаю, - она пожала плечами и, не желая показаться хозяину замка любопытной и настырной девицей, хватающей все, что попадется под руку, поспешила добавить, - Это лежало на кровати, а когда я пыталась найти здесь подушку, оно упало.

- Подушку? – молодой человек слегка приподнял бровь, однако же, вероятно, решив не заострять внимания на этом странном направлении поисков, протянул руку вперед, - Можно взглянуть?

- Пожалуйста, - Татьяна, натянув на лицо самое, что ни на есть безучастное выражение, протянула собеседнику странную записку, - Если вы там что-то поймете, переведите и мне, а?

- Постараюсь, - Эрик тонко улыбнулся и, взяв листок, внимательно вгляделся в него. На протяжении нескольких секунд взгляд серых глаз скользил по строкам, однако же, вскоре вновь устремился к собеседнице.

- Как успехи? – с надеждой поинтересовалась та, - Вы поняли больше, чем я?

Блондин не удержался от легкой улыбки.

- Вряд ли. Мне неизвестна и половина из перечисленных здесь существ. О прочих, не считая того, кем являюсь сам, я читал когда-то в старых книгах, но, боюсь, этого недостаточно чтобы понять сии странные пометки. Единственное, что я могу прочесть почти без затруднений, это строку о вервольфе. «Только в животных» - весьма красноречивая пометка, к тому же она согласуется с тем, что я читал сам.

- Ну, значит, вы и в самом деле поняли больше, чем я, - девушка хмыкнула и, самым невежливым образом выхватив из рук молодого человека записку, вновь вперила в нее взгляд, - «В животных» - это, стало быть, вот это вот «en» чего-то там?

- Да, - в голосе блондина явственно прозвучало удивление, - В животных.

- Понятненько… - Татьяна слегка вздохнула и, продолжая изучать записку, пробормотала, - Ну, предположим, «благород.» - это «благороднее»… Эрик, - неожиданно прервавшись, она подняла голову, внимательно взирая на хозяина замка, - А вы, случайно, не нашли то, ради чего обшаривали полки?

Молодой человек снова улыбнулся и, подняв флакончик, что сжимал в руке, продемонстрировал его собеседнице.

- Я помню, что в детстве этим лечили мои многочисленные ссадины. Да и после оно хорошо помогало. Надеюсь, что и тебе окажет необходимую помощь.

- Ну да, - Татьяна без особого энтузиазма воззрилась на пузырек, - Если только оно не протухло за столько лет… А другого ничего не наблюдается, да?

- Нет, - спокойно ответствовал хозяин замка, однако же, вероятно поняв, что ответ прозвучал несколько странно, все-таки предпочел уточнить, - Иного ничего нет. Но я нашел здесь то, что, кажется, можно использовать для перевязки ран.

- Вы что, нашли нормальный человеческий бинт? – теперь уже во взгляде девушки появилось недоверие, - Или хотя бы просто что-то вроде большого куска марли?

- Марли? – медленно повторил блондин и тотчас же отрицательно покачал головой, - Нет, это называлось иначе, - с сими словами он, подойдя к стеллажу, стоящему в правой части комнаты, взял с одной из его полок кусок слегка запыленного сверху, сложенного в несколько раз, полотна и протянул его собеседнице.

- Что ж, эта тряпочка, по крайней мере, побольше, - Татьяна на мгновение сжала губы, удерживаясь от дальнейших комментариев и, положив листок бумаги, по-прежнему сжимаемый ею в руке, на кровать, где он и находился на протяжении последних сотен лет, осторожно принялась разматывать крепко затянутый узлом батистовый платок – следы проявления благородства Романа. Эрик, несколько мгновений понаблюдавший за ее бесплодными попытками, вскоре не выдержал. Приблизившись к гостье вплотную, он, предварительно отставив флакончик с загадочным составом в сторону, принялся помогать ей. Сильные пальцы молодого человека справились с тугим узлом на порядок быстрее и куда как более ловко, нежели пыталась это сделать одной рукой девушка, и совсем скоро последняя уже смогла получить сомнительное удовольствие от лицезрения собственной раны. Надо сказать, выглядела она весьма не эстетично. Кровь, очевидно, лишь недавно решившая проявить совесть и остановившаяся, только начинала подсыхать, сам порез казался до омерзения глубоким, и Татьяна, сморщившись, торопливо перевела взгляд на флакончик возле кровати.

- А эта шня… эээ… это и правда поможет?

- Должно.

Высокий градус уверенности в голосе хозяина замка определенно внушал некоторую надежду, однако же, само слово, в коем этот градус был выражен, ее опровергало. Должно… Да мало ли, что оно должно! А если оно не в курсе, что должно?

Эрик взял флакончик и с характерным звуком вытащил пробку из его горлышка, затем наклоняя его над раной своей гостьи. Девушка невольно зажмурилась. Из флакона выкатилась прозрачная, как слеза, капля и медленно, тяжело, будто неохотно, упала прямо на рану. Татьяна охнула. Что бы это не был за состав, но руку от него зажгло просто немилосердно, и продолжать лечение вмиг расхотелось.

- Надеюсь, она хотя бы не отвалиться после этого… - девушка красноречиво кивнула на руку и, не желая наблюдать за процессом экзекуции, предпочла отвернуться. Еще несколько капель упало на ее рану. Жжение усилилось. Татьяна, изо всех сил держащая себя в руках, тихо зашипела сквозь зубы.

- Больно? – в голосе блондина совершенно неожиданно прозвучало откровенное беспокойство. Однако, девушке сейчас было решительно не до того, чтобы различать такие полутона.

- Щиплет, - проговорила она сквозь зубы, с усилием выталкивая каждую букву и отчаянно пытаясь сдержать слезы, уже норовящие появиться в уголках глаз.

- Я забыл об этом, - теперь голос хозяина замка прозвучал уже виновато, - Прошу прощения.

Неожиданно коснувшееся руки легкое прохладное дуновение заставило девушку наконец вновь повернуть голову и с удивлением воззриться на собеседника. Молодой человек, мягко удерживая ее руку своей, склонившись, аккуратно дул на рану. Боль, успокоенная холодным дуновением, медленно отступала и уже вскоре Татьяна, все еще немало пораженная, нашла в себе силы прошептать:

- Благодарю…

- Не щиплет больше? – Эрик мягко улыбнулся и, взяв полотняную ткань, развернул ее, аккуратно кладя одним краем на руку гостьи и, стараясь, чтобы ни одной пылинки не попало на рану, принялся осторожно бинтовать ее. Девушка, не зная, что сказать, молча наблюдала за его действиями.

Следовало признать, что, по сравнению с Романом, Эрик явно обладал в деле перевязки ран куда как большим опытом. Или, что тоже вполне вероятно, просто отличался большей аккуратностью и, судя по всему, куда как больше брата умел проявлять сочувствие и сострадание, хотя, возможно, и сам не до конца отдавал себе в этом отчет. Как бы там ни было, но довольно скоро рана Татьяны была перевязана, и та, взглянув на аккуратно забинтованную руку, благодарно улыбнулась.

- Спасибо, - еще раз произнесла она, - У вас это выходит явно лучше, чем у Романа.

- Он просто не умеет стараться, - последовал спокойный ответ, и молодой человек, неожиданно вздохнув, снова взял в руки лежащий на кровати листок, - Ты что-то говорила насчет «благороднее»?

- М? – девушка непонимающе глянула на хозяина замка, однако, тот час же сообразив, какую именно строку записки он имеет в виду, кивнула, - А, ну да. Других-то вариантов нет.

- Благороднее, чем У., - блондин чуть усмехнулся, - Похоже, менее загадочной от понимания одного слова записка не становится.

- Нет, почему же! – Татьяна, как-то сразу забыв про только что забинтованную руку, подалась вперед и, взяв листок бумаги из пальцев собеседника, указала ему на верхнюю строчку, - Смотри, тут «упырь». Начинается он на «у». Значит, все логично – вампир благороднее, чем упырь. Сильный, умный – это все вообще понятно написано. А вот что «пр.» я не знаю… Эрик, - девушка задумчиво взглянула на хозяина замка, - Какое «пр.» вы умеете делать?

- Не знаю, - в серых глазах блеснул, но тот час же померк, веселый огонек, - Я не пробовал это делать. Что же насчет «нет»?

- «Маг., мат. – нет», - задумчиво прочитала девушка и, на несколько секунд замолчав, закусила губу. А затем, хлопнув себя ладонью больной руки по колену, тихо охнула, но тот час же почти радостно воскликнула:

- А я говорила, что вы не можете это уметь!

- Уметь что? – Эрик непонимающе нахмурился, - Ладно, «маг.» - это, вероятно, магия или что-то похожее, но что означает «мат.»?

- Материализация! – торжествующе заявила Татьяна, даже поднимаясь на ноги от ощущения значимости сделанного открытия, - Говорила же я, что вампиры этого не умеют!

- Но я умею, - напомнил хозяин замка и, вопреки своей собеседнице, присел на кровать, - И Роман умеет.

- Я и говорю, что вы не вампиры, - девушка слегка пожала плечами, взирая на блондина сверху вниз. Тот усмехнулся уголком губ.

- Тогда кто же мы?

- Сейчас выясним, - Татьяна, приободренная успехом в расшифровке одной из строк странной записки, деловито уселась рядом с хозяином замка и еще раз внимательно изучила предложенный список, - Ну… что насчет интантеров?

- Ты делаешь вывод лишь потому, что здесь это название располагается под названием вампиров? – поинтересовался молодой человек, взирая на нужную строку, - Хорошо. Положим, «материал.» - это «материализация». «Маг.» - «магия». Соответственно, «В.» - «вампир». «Выш.», думаю, «выше»… Значит это существо «выше, чем вампир», что-то связанное с материализацией и владеет магией. Но как ты расшифруешь слово «лично», Татьяна? – взгляд блондина обратился к девушке, - Что значит «все с В.»?  И в чем это создание, по-твоему, не нуждается?

Девушка, до крайности польщенная тем, что хозяин замка наконец соблаговолил обратиться к ней по имени, невольно улыбнулась. Фантазия ее, подстегнутая этим приятным событием, заработала еще активнее, помогая если не догадаться однозначно, что же значат загадочные сокращения, то хотя бы предположить с весьма высокой точностью.

- Ну… Во-первых, «м. материал.», я думаю, означает «может материализовать». Во всяком случае, мой отец когда-то сокращал слово «может» именно до одной буквы. «Все с В. и больш.» - ну, это что-то вроде того, что существо умеет все тоже самое, что и вампир, но способно еще и на большее. Что такое «кр.», я не знаю… - Татьяна смущенно улыбнулась, - Мне на ум приходят только кролики, но что-то мне подсказывает, что они тут немножко не в тему.

- Да, мне тоже кажется, что кроликов бы в этой записке не упоминали, - ответ Эрика прозвучал совершенно серьезно, в голосе его не было и намека на то веселье, что совсем недавно сполохом промелькнуло в его глазах, - Но что насчет «лично»?

- Ну… это… наверное… - девушка склонила голову на бок, затем повернула записку в противоположную сторону, подумала, и перевернула ее вверх ногами. Всмотрелась внимательно в буквы и, вздохнув, вновь вернула листок в правильное положение.

- Я не знаю, - наконец созналась она, - Может быть, этот человек сам является этим интантером, может быть… Так вам что, не нравится быть кем-то, кто «выш. чем В.»?

Смена темы была столь неожиданна, что хозяин замка в первое мгновение совершенно искренне не понял, о чем его спрашивают. Однако же, довольно быстро сориентировался и, чуть покачав головой, ответил:

- Мне не нравится слово «лично». А в остальном… Какая разница, как называть существо, подобное мне, к людям оно в любом случае не относится, - в голосе новоявленного интантера прозвучала почти нескрываемая грусть. Девушка, не зная, как реагировать, предпочла промолчать. Только сейчас ей внезапно пришло в голову, что, в отличие от своего брата, явно наслаждающегося собственной нечеловечностью, Эрик, возможно, не так уж и счастлив быть кем-то, кто так или иначе относится к созданиям неестественным.

- Уже поздно, - голос хозяина замка неожиданно похолодел. Не дожидаясь реакции собеседницы, он поднялся с кровати и выжидательно воззрился на нее.

- Я могу проводить тебя к твоей комнате.

- К моей комнате? – Татьяна задумчиво закусила губу и тот час же воззрилась на собеседника с просящей улыбкой, - А можно я лучше тут останусь, а?

- Ты ведь говорила, что не нашла здесь подушки, - напомнил блондин, слегка приподнимая брови, - Что же вызывает у тебя желание остаться здесь?

- Нежелание оказаться в зубах Романа по пробуждении, - недовольно буркнула девушка и, подумав, прибавила, - Или в львиных лапах.

- Но при чем здесь Винсент? – Эрик непонимающе моргнул, - Он ведь не угрожал тебе.

- Он мне чуть руку не отгрыз при нашей первой встрече! – возмутилась Татьяна, - И вообще у него в глазах ясно читается, что он считает меня аппетитно привлекательной. Я просто не хочу рисковать, вот и все.

- Никто из них тебя не тронет, - терпеливо проговорил месье де Нормонд, однако же тот час же слегка пожал плечами, - Но дело твое. Если хочешь ночевать здесь – я не стану возражать.

- Спасибо, - девушка улыбнулась и, как примерная школьница, сложив руки на коленях, прибавила, - Спокойной ночи.

- Спокойной, - сдержанно ответил хозяин замка и, развернувшись, покинул общество своей гостьи.