Глава
7

Не успела Татьяна зайти в комнату, как следом, чудом не сбив ее с ног, аки ураганный ветер ворвался Роман.

- Нарисовалась! – возмущенно произнес он и, уперев руку в бок, грозно нахмурился, - И где тебя носило, позволь поинтересоваться?

- Прачечную искала, - девушка удивленно пожала плечами, - Я же говорила, что отправляюсь на ее поиски.

- Ну, судя по тому, что тех половых тряпочек тут не видать, ты ее все-таки нашла, - констатировал парень, - Вот только интересно, где? Я ползамка обшарил, но ни прачечной, ни тебя не видел.

- Я была в другой половине, - безмятежно ответствовала Татьяна и, сев на кровать, элегантно скрестила ноги, кротко взирая на собеседника снизу вверх, - А для чего ты так срочно искал меня?

- Ну, во-первых… - Роман, очевидно посчитавший действие девушки приглашением присесть, без особых сомнений плюхнулся рядом с ней на кровать, - Я хотел поделиться с тобой гениальной мыслью. Видишь ли, после того, как мы расстались, меня осенило, - на сих словах он многозначительно замолчал, и Татьяна не выдержала.

- Ну?

- Я вдруг понял, - торжественно продолжил молодой человек, - Что бродить по замку в задрипанных кроссовках под шикарным платьем – верх дурновкусия. Поэтому я попытался найти для тебя какие-нибудь тапочки.

- Надеюсь, не белые, - буркнула девушка, несколько пораженная столь внезапно проснувшимся в собеседнике дизайнерским уклоном, - И где они?

- Я их не нашел, - многозначительно поведал Роман и, гордо подняв подбородок, прибавил, - Я ведь сказал, что попытался, но не сказал, что попытка мне удалась.

- Здорово, - слегка вздохнула Татьяна и, неожиданно ощутив, как где-то внутри просыпается голод, поинтересовалась, - А что во-вторых?

- А во-вторых, в той половине замка, что я обшаривал в поисках тапочек для тебя или тебя без тапочек, я нашел ту шнягу, про которую ты мне говорила, - здесь юноша и вовсе выпрямился, принимая на себя столь гордый и значительный вид, что девушка, не желая обижать явно довольного собой парня, честно попыталась вспомнить, о какой такой «шняге» она ему говорила. Правда, попытка эта, как и потуги Романа обнаружить в средневековом замке тапочки, успехом не увенчалась.

- А можно поподробнее? – вежливо поинтересовалась Татьяна. Собеседник ее как-то сразу поник и сдулся.

- Ну как можно общаться с личностями, у которых столь сильно прогрессирует склероз? – горестно поинтересовался он, возведя очи горе, а после, соблаговолив вновь взглянуть на собеседницу, пояснил с выражением бесконечного терпения и, вместе с тем, крайней муки, - Несчастный, всеми покинутый и забытый листочек, где расписаны всякие необычные зверюшки. Вампирчики там, интантерчики…

- Ах, это… - понимающе кивнула, было, девушка, но, неожиданно кое-что сообразив, нахмурилась, - Но я ничего не говорила про листочек!

- Ну, значит, Эрик говорил, - отмахнулся юноша, - Какая разница, в конце концов?

- Да никакой, - фыркнула Татьяна, - Разве что говорил про листочек ты с ним, а в склерозе обвиняешь меня… Слушай, а тут нет какого-нибудь подобия буфета для туристов? – голод, уставший интеллигентно напоминать о своем существовании, неожиданно буквально вгрызся в желудок девушки, заставив ее мигом забыть о прочих проблемах.

- Ну, буфет, не буфет… - задумчиво начал Роман, - А ты что, разве хочешь есть?

- А ты что, думал, я святым духом питаюсь? – в тон ему ответила собеседница и, тяжело вздохнув, поднялась на ноги, подавая тем самым оппоненту позитивный пример, - Веди меня, гражданин экскурсовод, к своему буфету. Но предупреждаю сразу – денег у меня нет.

- И она еще в буфет хочет! – юноша фыркнул и, легко вскочив на ноги, схватил собеседницу за руку, - Пошли, несчастье ты мое луковое. Ничего без меня не может – ни по коридору пройти, ни платье надеть, ни буфет обнаружить…

- Зато стукнуть могу, - стараясь выдержать мрачный тон проговорила Татьяна.

- Во! И еще драться вечно норовит, - обрадовался ее собеседник и, не дожидаясь дальнейших сентенций, потянул девушку за собой из комнаты.

Первые несколько минут пути прошли в абсолютном молчании. Татьяна, шагающая следом за практически волокущим ее интантером, была полностью поглощена тем, как бы не упасть в кромешной тьме коридора, спутник же ее, видимо, вообще не любил беседовать по дороге.

Однако, стоило впереди замерцать тусклому свету, явно падающему из приоткрытой двери гостиной, как девушка не выдержала.

- А Эрик в прошлый раз прямо в комнату мне столик с едой материализовал.

Прозвучало это до странного ябеднически, и Роман, ожидаемо обернувшись, недовольно фыркнул.

- Ну так и просила бы Эрика, чтобы он тебе всякую химию химичил. Я же тебя веду к экологически чистому буфету! И вообще, женщина, ты что, не знаешь, что в комнате есть неприлично? Кушать надо в большом помещении, за большим столом… - говоря это, молодой человек как раз заходил в гостиную, посему его спутница, увидев упомянутое помещение вкупе со столом, не удержалась от комментария.

- На ветхой мебели… - проговорила она и, выдернув руку из хватки молодого человека, со вздохом уселась на один из стульев, с интересом оглядывая совершенно пустой стол. Некоторое время она честно ожидала, что пыль, покрывающая его, сейчас каким-нибудь волшебным образом обратится в пищу, или же Роман все-таки проявит сознательность и заполнит столешницу чем-то более съедобным, нежели вековая грязь, но этого не произошло.

- Прошу прощения, господин буфетчик, - наконец произнесла она, заставляя себя сладко улыбнуться, - Но, кажется, вы забыли выдать мне скатерть-самобранку.

Юноша неожиданно недовольно нахмурился.

- Вот знаешь, если бы ты вела себя покультурнее, то в этом платье, за этим столом, ты могла бы вполне успешно закосить под благородную леди. Платье тебе, кстати, вполне идет.

- Спасибо, - многозначительно произнесла девушка, - Но, боюсь, в отличие от платья, пыль мне идет не вполне. Она, знаешь ли, мешает прочувствовать средневековую обстановку… Так где еда, друг мой?

- Вот обжора, - Роман недовольно почесал бровь и неожиданно торжественно провозгласил, - Скажите мне, о, мадемуазель Татьяна, как вы считаете, кто убирается в этом замке? Ведь очевидно, что мы с братом не лазим по углам, распугивая пыль.

- Оно и видно, - Татьяна недовольно подперла щеку кулаком, - Роман, судя по тому, что я наблюдаю вокруг, здесь вообще никто не убирается. И я что-то не понимаю связи между уборкой и едой. Или ты намекаешь, что прежде, чем поесть, я должна убраться тут?

- С тобой невозможно разговаривать! – возмутился молодой человек, - Я ей, понимаешь ли, может, сюрприз приготовил, а она… - не завершая фразы, юноша, до сей поры стоявший, уселся на стул напротив собеседницы и, к удивлению последней, трижды хлопнул в ладоши.

- И что… - начала, было, Татьяна, но взявшийся будто бы из ниоткуда легкий ветерок, пронесшийся по гостиной, не дал ей закончить. Пыль, словно бы сносимая этим ветерком, исчезала буквально на глазах; грязные и мятые занавески на окнах расправились и, слегка взмахнув кистями, заняли более элегантное положение; стол неожиданно засверкал в свете упавших из внезапно ставших кристально прозрачными окон солнечных лучей; в камине весело запылал огонь. Впрочем, самым удивительным оказались даже не эти преображения. Посреди гостиной, странным образом возникнув точно в тени одной из занавесок, неожиданно появился человек. Был он высок, худощав, светлые, едва ли не белые волосы его были гладко зачесаны назад, открывая высокий лоб и подчеркивая бледность лица. Светло-зеленые, почти прозрачные глаза загадочно сверкнули, отражая огонь камина, и незнакомец склонился в почтительном поклоне.

- Что вам угодно, месье? – произнес он странным, будто простуженным голосом и, словно лишь сейчас заметив, что Роман в комнате не один, перевел взгляд на девушку, - Добро пожаловать, мадемуазель.

- Здрасте… - ошарашено выдавила из себя Татьяна и, глянув на явно совершенно довольного произведенным эффектом интантера, нахмурилась, - Может, объяснишь?

- Я тебе с самого начала рассказать пытался, - фыркнул юноша и, откинувшись на спинку стула, уперся ботинком в столешницу, - Знакомься, Татин, это Анхель. Я же не просто так наводяще спросил, как ты думаешь, кто тут убирается!

- А, так он… вроде бы как… дворецкий? – последнее слово девушка произнесла крайне неуверенно, настороженно покосившись при этом на названного Анхелем человека. Тот, успевший уже выпрямиться после поклона, бросил на нее мгновенный косой взгляд.

- Мажордом, - поправил он, и Татьяне почудились холодные нотки в его голосе, правда, умело прикрытые учтивостью. Анхель, очевидно, тоже понял, какой эффект произвела его поправка, посему поспешил прибавить:

- С вашего позволения. Что вам угодно?

- Мне? – растерялась девушка. Разумеется, ей доводилось, и далеко не единожды читать или видеть в фильмах, как знатные дамы приказывают дворецким, мол, принесите мне, голубчик, синюю подушку и мою любимую болонку, я ее спать буду укладывать, но вести себя так самой ей и в голову не приходило. А вот сейчас неожиданно возникла потребность именно в таком поведении.

- Да мне… поесть бы… Если вам не трудно.

- Отнюдь, - в голосе Анхеля вновь послышались холодные нотки. Однако, на сей раз мажордом не потрудился прикрыть их хотя бы отдаленным подобие учтивости, вероятно, не сочтя это нужным. Он сделал несколько шагов вперед, приближаясь к столу и остановился буквально в шаге от того места, где сидела девушка. Последняя машинально отметила, что встал он таким образом, чтобы вновь оказаться в тени. Впрочем, в данный момент заострять на этом внимание ей было некогда. Мажордом вытянул руку вперед и совершенно неожиданно поставил на стол перед гостьей старинного замка тарелку с аппетитно пахнущей едой. Откуда он взял ее, Татьяна увидеть не успела. Следующим, что появилось на столе оказался бокал красного вина.

- А мне?

Девушка, успевшая почти забыть о присутствии в этой комнате еще и Романа, невольно вздрогнула. Впрочем, мажордом, как ей показалось, тоже вздрогнул, хотя и не преминул перевести на своего непосредственного хозяина вопросительный взгляд.

- Что угодно вам, месье?

Татьяна отметила про себя, что с Романом этот странный человек разговаривает с куда как большим уважением и, сделав вывод, что за благородную леди ее отнюдь не приняли, предпочла уделить внимание еде. Роман же между тем, задумчиво покачиваясь на стуле, напряженно соображал, что же ему угодно.

- Ну… есть я не хочу, пить, в общем-то тоже… Анхель, ты не знаешь, чего я хочу?

По губам мажордома скользнула тонкая улыбка.

- Предполагаю, месье, - проговорил он и, обойдя стол, изящным жестом водрузил на столешницу рядом с упирающейся в нее ногой Романа бокал с бордово-красной жидкостью. Татьяна, переведя взгляд на это питье, невольно сглотнула. На вино сей напиток походил так же, как сапог на валенок, и отличался примерно тем же. Густой, какой-то тягучий даже на вид, он практически не оставлял сомнений в собственном происхождении.

- Это что… - девушка нервно облизала губы, - Кровь?..

Мажордом вновь бросил на нее быстрый косой взгляд.

- То, что пожелал месье, - уточнил он. По виду его было ясно, что подобные объяснения вообще-то не входят в обязанности дворецкого, но по доброте своей он согласен сделать одолжение косящей под благородную даму девице. Татьяна слегка вздохнула и вновь опустила взгляд на тарелку.

- Как ты всегда угадываешь то, что я хочу? – Роман, ухитрившийся дотянуться до бокала не меняя положения, довольно облизал губы. Анхель чуть склонил голову.

- Я лишь предполагаю, месье. Что-то еще?

- Нет-нет, - юноша, сжимая в одной руке бокал, так энергично тряхнул головой, что едва не разлил на себя его содержимое, - Ты можешь идти, дружище.

Анхель сделал шаг назад. На краткое мгновение его склонившаяся в почтительном поклоне фигура ярко озарилась падающим из окна солнцем, и тотчас же буквально растаяла в воздухе.

Вместе с исчезновением мажордома, казалось, померкло и солнце. В гостиную вернулся прежний сероватый полумрак, огонь в камине погас, а столешница покрылась пылью.

Девушка недовольно отодвинулась и, выдохнув с невольным облегчением, перевела взгляд на безмятежно попивающего кровь Романа.

- И это называется «прибираться»? – саркастически осведомилась она, - Неужели все не может сохраняться чистым постоянно?

- Наверное, нет, - юноша равнодушно пожал плечами и, убрав ногу, резко вернул стул в надлежащее положение, - Все бы вам, женщинам, ворчать. Анхель вон от голодной смерти тебя спас, а ты еще недовольна!

- Эрик тоже меня от голодной смерти спасал, - буркнула Татьяна, в очередной раз опуская взгляд на предложенную ей еду. После того, как стол, на коем стояла тарелка, вновь покрылся вековой пылью, аппетит ее значительно поубавился.

- Что ж мне теперь, на шею этому блондинчику кидаться? – продолжала она, - Я вот вовсе не уверена, что это не отравлено.

- Ну, ты же еще не умерла, - безмятежно сообщил молодой человек, - Так что не гони раньше времени.

- Когда умру, будет уже поздно, - недовольно произнесла девушка, однако же, честно занесла вилку над одним особенно аппетитно выглядящим кусочком мяса.

- Приятного аппетита, - послышался от двери чей-то знакомый голос, и Татьяна, вмиг забыв о еде, радостно подняла голову.

- Эрик! А… ты, может, тоже чего-нибудь хочешь?

- Я не голоден, - блондин мягко улыбнулся и, присев на большой, скорее напоминающий своей формой кресло, стул во главе стола, сдвинул брови, взирая на брата, - Ты опять вызывал его?

Роман тяжко вздохнул и, закатив на мгновение глаза, вновь уперся ногой в столешницу.

- Бога ради, Эрик, не начинай, а? Да, я позвал Анхеля, потому что твоя несчастная гостья умирала от голода. Можешь расстрелять меня за это, разрешаю.

- Я успею это сделать, - спокойно произнес Эрик и, переведя взгляд на девушку, неожиданно поинтересовался, - Каково же твое мнение о мажордоме?

Девушка, как раз начавшая жевать тот самый кусочек мяса, поторопилась его проглотить и, задумчиво потерев подбородок, вздохнула.

- Расплывчатое. Он какой-то странный… Да и я ему не понравилась. Видимо, в его глазах, я не очень-то тяну на средневековую леди… - неожиданно спохватившись, она огляделась и поспешила понизить голос, - А он не слышит меня сейчас?.. А то нехорошо как-то, что я его за глаза обсуждаю…

- Выходит, в это время девушек беспокоит, что подумает о них прислуга? – хозяин замка чуть приподнял бровь и, покачав головой, добавил, - Как изменилось время…

- Изменилось не время, а люди, - улыбнулась в ответ Татьяна, - Так он слышит меня сейчас?

- Не думаю, - Эрик откинулся на спинку своего кресла и еле заметно пожал плечами, - По сию пору он не подавал вида, что слышал что-то, что говорилось в его отсутствие.

- В твоих устах это звучит так, будто он слышал, но специально не говорил, - недовольно фыркнул Роман и, поставив бокал на стол, скрестил руки на груди, - Я не понимаю, чего вы взъелись на него? Он совершенно нормальный парень, ну да, немного замороженный, сдержанный, но кое-кто из здесь присутствующих до недавнего времени вел себя еще хуже. Ты не знаешь, Эрик, кто бы это мог быть? – с сими словами молодой человек весьма выразительно воззрился на старшего брата. Впрочем, смутить Эрика ему не удалось. Блондин усмехнулся и, сложив пальцы домиком, хладнокровно произнес:

- Я не слуга, и не выгляжу так, будто что-то скрываю.

- Он тоже! – совсем возмутился Роман, - По сравнению с тобой, братец, он хотя бы передвигается, так что это уже большой плюс в его копилку!

- Передвигается, - не стал отрицать хозяин замка, - И бывает неизвестно где. Роман, нет смысла пытаться переубедить меня. Я не доверяю ему, не доверял и никогда не буду доверять. Ты притащил его в замок без моего согласия, заявив, что он, будучи твоим другом, желает служить у нас дворецким. Разве тебе не кажется странным это заявление?

- Нет, не кажется! – раздраженно ответствовал юноша и, вскочив на ноги, хлопнул ладонями по столешнице, подняв тучу пыли, - Поздравляю, братец. За последние три сотни лет эту твою речь по праву можно назвать самой длинной. Жаль только, что ничего хорошего сказать ты не смог, - с сими словами молодой человек, резко отстранившись от стола, быстрым шагом направился к выходу из гостиной.

Татьяна, во время этой беседы предпочитавшая молча есть, слегка вздохнула и, проглотив последний кусочек, запила его вином.

- Похоже, он обиделся… - пробормотала она, переводя взгляд с только что хлопнувшей двери на сидящего с самым, что ни на есть безмятежным видом хозяина замка, - Может, не надо было так уж… резко?

- Мой брат, к сожалению, склонен делать глупости, - Эрик слегка вздохнул и покачал головой, - Я считаю, что Анхель – одна из этих глупостей. У нас не единожды уже возникали разногласия на этот счет и, боюсь, не единожды еще возникнут. Не беспокойся из-за этого. Роман вспыльчив, но отходчив. Уверен, не пройдет и десяти минут, как он обо всем забудет.

- Тогда ладно… - девушка задумчиво покосилась на дверь, за которой только что скрылся молодой интантер, и вновь перевела взгляд на Эрика, - А может быть, пока он обижается, мы пойдем погуляем?

- Хм? – блондин чуть приподнял брови, - Я не хочу сейчас на улицу.

- Ну, тогда ты не будешь возражать, если я пойду одна? – Татьяна решительно поднялась со стула, - Мне надоело сидеть здесь. Тут, конечно, чертовски весело, но мне бы все-таки хотелось малость разнообразить будни.

- Будь осторожна, - последовал спокойный ответ, - В лесу есть дикие звери. Не думаю, что ты встретишь кого-то из них, однако, если же таковое случится, - кричи громче. Я услышу.

- Ты умеешь обнадежить, - чуть поморщилась девушка, - Не волнуйся, кричать я умею. Что ж… я пошла?

- Удачи, - кивнул ей в ответ собеседник и, проводив свою гостью взглядом, нахмурился, внимательно взирая на камин.

 

***

Нельзя сказать, чтобы предупреждение хозяина замка о бродящих по лесу диких животных совсем отбило у его гостьи тягу к прогулке меж деревьев, однако, желания дышать свежим воздухом у нее значительно поубавилось. Тем не менее, не желая показывать, что трусит, девушка все-таки покинула замок и, оглянувшись на прощание на его двери, быстрым деловитым шагом последовала в сторону раскинувшейся возле подножия холма чащи. Старинное платье, в которое она совсем недавно облачилась при помощи Романа, задевая подолом траву, тихо шуршало и Татьяна, до тех пор, пока не поняла, что это такое, несколько раз напряженно озиралась. Впрочем, стоило ей привыкнуть к тихому шороху, как она практически перестала обращать на него внимание. В кроссовках, которые Роман вежливо обозвал апофеозом дурного вкуса, идти было легко и удобно, солнце на чистом небе светило ярко и радостно, ни единого облачка в пределах видимости не наблюдалось, и настроение девушки, малость подпорченное ссорой братьев, происшедшей у нее на глазах, а так же словами Эрика, вновь начало подниматься.

Однако же, стоило ей зайти в лес, и споткнуться первые несколько раз, как настроение вновь начало неуклонно понижаться. С трудом пробираясь сквозь вековые заросли леса, Татьяна искренне пожалела, что не стала настаивать и пытаться уговорить Эрика прогуляться вместе с ней. Так бы было хоть за кого держаться, когда падаешь… Нога девушки поехала по мху, покрывающему толстые, торчащие из-под земли корни какого-то огромного дерева и она, не удержавшись, все-таки упала на землю, пребольно ударившись при этом.

Дальнейший путь Татьяна продолжила уже куда как более осмотрительно. Впрочем, по прошествии некоторого количества времени дорога неожиданно стала лучше, принимая вид некоторого подобия тропинки, и девушка, вновь приободрившись, зашагала увереннее. Кругом заливались веселыми песнями невидимые в кронах деревьев птицы, легкий ветерок, периодически налетая, шевелил ветви деревьев и тогда солнечные лучи, проглядывающие сквозь просветы между листьями, принимались плясать по толстым стволам. Выглядело это до того прекрасно, что Татьяна, в какой-то миг залюбовавшись этой игрой природы, даже не обратила внимания на раздавшийся где-то впереди шорох. С другой стороны, вокруг нее со всех сторон что-то шуршало, щебетало и прыгало, так стоило ли заострять внимание на каком-то отдельном звуке из этого многообразия?

Еще несколько шагов по относительно ровной лесной дорожке неожиданно привели ее на поляну. Остановившись посреди нее, девушка огляделась. К ее удивлению, это оказалась та самая поляна, где она впервые увидела Эрика, та поляна, где все началось… Вспомнив о событиях, предшествующих этому началу, Татьяна не сдержала тихого вздоха. С одной стороны началось, а с другой закончилось. Впрочем, что толку горевать сейчас об этом? В конечном итоге, она вполне имеет право считать себя счастливой, проживая ныне в замке, и ничто в мире не заставит ее…

Ровный ход мыслей девушки был прерван вновь раздавшимся шорохом. На сей раз он прозвучал значительно громче, не обратить на него внимание было попросту невозможно, и Татьяна, нахмурившись, напряженно огляделась. Сообразив же, с какой конкретно стороны поляны раздавался этот звук, она непроизвольно сжала кулаки и, морально приготовившись кричать и звать на помощь Эрика, всмотрелась в низко нависшие ветви деревьев.

Это была именно та сторона, откуда несколькими мгновениями прежде пришла сама девушка. Открытие это ее решительно не порадовало, ибо значить оно могло лишь одно – кто-то следил за ней, шел по пятам, и вот теперь, похоже, настиг… Но с какой целью?

Ветви, скрывающие собою тропку, зашевелились, между ними показалось что-то большое, черное, лохматое, жуткое…

Татьяна ощутила, что у нее подкашиваются ноги. Признаться, она до последнего момента где-то в глубине души надеялась, что это просто Эрик решил присоединиться к ней на прогулке, или же Винсент, удрав от хозяина, хочет продолжить общение уже не в подвале, а на вольном воздухе, но неясный силуэт среди деревьев наглядно продемонстрировал, как она заблуждалась.

Слуха девушки коснулось глухое рычание, и она постаралась поглубже вдохнуть, дабы закричать как можно громче, чтобы Эрик уж наверняка услышал.

Впрочем, крика так и не последовало.

На поляну из леса вышел большой черный волк, поджарый, какой-то утомленный, однако, от того не менее зло скалящийся на стоящую перед ним девушку. Татьяна, чуть согнувшаяся в напряжении, медленно выпрямилась. На губах ее, к удивлению хищника, появилась легкая улыбка.

Волк сделал угрожающий шаг в ее сторону и вновь зарычал. Девушка скрестила руки на груди и покачала головой.

- Ты это серьезно? – спокойно произнесла она, и волк, вероятно, растерявшийся от такого к нему обращения, замер на месте. Татьяна же, между тем, хладнокровно глядя ему в глаза, продолжала:

- По-моему, за время нашего знакомства ты мог бы уже запомнить, что на меня эти твои фокусы не действуют, Ричард.

Волк медленно сел, недовольно дернул ухом, затем с уже куда как более дружелюбным видом махнул хвостом, и неожиданно поднялся на задние лапы. Облик его изменился почти мгновенно. Не прошло и десяти секунд, как перед спокойно наблюдавшей это превращение Татьяной предстал высокий, статный мужчина в черных джинсах и кожаной куртке. Проведя ладонью по и без того лохматым черным волосам, он взлохматил их еще больше и, прищурив темные глаза, усмехнулся.

- Я так и знал, что ты у меня умная девочка, - спокойно произнес он. Говорил он мягким, чуть хрипловатым баритоном, слегка напоминающим волчий рык. В целом мужчина создавал довольно приятное, но почему-то пугающее впечатление.

Впрочем, девушка, уже привыкшая к его темному обаянию, даже не вздрогнула.

- Зачем ты пришел? – хмуро поинтересовалась она, не делая ни шага навстречу собеседнику. Тот, отметив это, недовольно скривил губы и сам сделал несколько шагов вперед.

- Я соскучился, - чуть пожал он плечами, - Ты же не звонишь, не пишешь… А мне тоскливо без тебя.

- Ах, ну конечно же, - Татьяна очаровательно улыбнулась, сохраняя, впрочем, холод в глазах, - После того, как ты затеял драку с тем типом, а потом бросил меня здесь, у тебя, вероятно, было мало развлечений, да?

- Я затеял? – в голосе мужчины послышалось нескрываемое удивление; темные глаза изумленно расширились, - Малышка, ты что, шутишь? Это он бросился на меня и притащил нас сюда! А как меня выбросило из этих мест я вообще не знаю… Впрочем, если тебе это так важно, я могу извиниться.

- Время зря потеряешь, - буркнула Татьяна и, тяжело вздохнув, повторила, - Зачем ты пришел, Ричард?

- Забрать тебя, - названый Ричардом снова пожал плечами и, сделав еще шаг в собеседнице, неожиданно потянул носом воздух, - Или ты решила сменить оборотня на вампира? – при сих словах в голосе его послышалось холодное раздражение. Глаза чуть сузились, на лицо словно бы набежала тень. Девушка вновь вздохнула. Не так она представляла себе безмятежную прогулку по лесу, совсем не так…

- Ты мне сцену ревности закатить собрался? – хмуро осведомилась она, - Я никуда не пойду с тобой, Ричард. И, кстати, я никого ни на кого не меняла, так уж, для справочки.

- А то, что ты насквозь провоняла им – это, конечно, совпадение, - Ричард фыркнул, неожиданно хватая собеседницу за руку чуть повыше локтя, - Знаешь что, чхать мне на твои глупости. Мы идем домой, и разговор будем продолжать там!

- Да никуда я не пойду! – возмутилась Татьяна и, попытавшись высвободиться, нахмурилась, - Пусти, или будет хуже.

- Правда? – ухмыльнулся оборотень, - И что же моя маленькая девочка может сделать мне?

- Ты уверен, что хочешь знать это? – девушка чуть приподняла брови и, видя, что слова ее на собеседника впечатления не производят, тяжело вздохнула, - Что ж, я предупредила. Эрик!

Крик ее прозвучал неожиданно громко. Татьяна даже сама не ожидала от своего голоса такой мощи, однако, времени удивляться этому сейчас не было. Реакция на ее зов последовала незамедлительно.

- Сколь неожиданная встреча, - послышался со стороны тропки, ведущей к замку, знакомый холодный голос. Ричард, продолжая удерживать собеседницу за руку, медленно обернулся. Лицо его искривила непередаваемая гримаса.

- Значит, я все-таки был прав… - он вновь повернулся к девушке и нахмурился, - Не думай, что я так запросто уступлю тебя ему!

- Ричард, пусти меня, - на сей раз в голосе Татьяны звучала скорее просьба нежели приказ, - Пожалуйста…

Оборотень упрямо покачал головой.

- Нет! Мы идем до...

Договорить ему помешал неожиданный и сильный удар в грудь. Согнувшись от боли, мужчина машинально стиснул руку девушки сильнее. Та вскрикнула.

Ричард с некоторым трудом выпрямился и собрался, было, вновь что-то сказать, но опять не успел. Эрик, не желая дожидаться очередных заявлений оборотня, неожиданно схватил его руку, сжимающую плечо Татьяны, чуть выше запястья и стиснул так, что Ричард, не сдержавшись, тихо зашипел от боли и вынужденно разжал пальцы.

Эрик, очевидно, будучи теперь уверен в том, что девушка во время драки не пострадает, вновь ударил противника, отбрасывая его от себя.

Ричард, отлетев на несколько шагов, почему-то не смог удержаться на ногах и, упав на одно колено, раздраженно вытер кровь с губы.

- Откуда… у тебя такая сила? – с некоторым трудом проговорил он и, ухмыльнувшись, тихо добавил, - Он не знает…

- Убирайся, - Эрик, успевший за время, что оборотень произносил эти слова, подойти к своей гостье, приобнял ту за плечи, - Я не желаю более видеть тебя здесь.

Губы Ричарда неожиданно искривила злая улыбка. Упершись рукой в землю, он с явным трудом поднялся на ноги и, демонстративно подняв руки, прищурился.

- Воля ваша, господин граф. Но не думай, что сможешь вот так вот запросто увести у меня девушку…

- Ричард, уходи, - Татьяна, глядящая на него с откровенной жалостью, машинально прижалась к стоящему рядом блондину.

- Кто бы сомневался, - буквально выплюнул оборотень и, пошатнувшись, сделал шаг назад, - Все можно изменить, Татьяна. Запомни – все, - и, не пожелав объяснить эти слова, мужчина быстрым решительным шагом направился в сторону, противоположную той, откуда пришел Эрик, и откуда совсем недавно вышел он сам.

- Идем в замок? – блондин, проводив противника взглядом, перевел его на девушку. Та невесело кивнула.

- Идем… - и, испытывая потребность как-то объяснить хозяину замка происшедшую только что сцену, поспешила добавить, - Я понятия не имела, что он решит заявиться! Думала, ушел он тогда, значит, все…

- Это тот самый оборотень, о котором ты говорила мне? – уточнил молодой человек, мягко и настойчиво увлекая собеседницу в сторону замка. Та понуро кивнула.

- Тот самый… Ну, когда мы только познакомились, я не думала, что он оборотень. А потом, когда узнала… Не знаю, меня не испугало это.

- Почему? – голос Эрика прозвучал довольно отстраненно, однако Татьяне почудились в нем заинтересованные нотки.

- Не знаю. Любила, наверное… И потом, он спас меня.

- Любила? – почему-то среди всех слов Татьяны блондин заинтересовался именно этим, - Тогда любила, а сейчас?

- А сейчас… не думаю, - девушка помолчала, затем со вздохом добавила, - Не знаю, что он делал здесь на самом деле.

- Я тоже, - последовал совершенно серьезный ответ, - Но то, что вокруг моего замка шатается оборотень, мне не нравится. От них, насколько мне известно, трудно ждать чего-либо хорошего…

 

***

Ричард раздраженно пнул выступающий из под земли толстый корень и, ожидаемо ударившись, зло зашипел от боли сквозь зубы. Губа, разбитая ударом треклятого мальчишки из старого замка, все никак не переставала кровоточить, все суставы и кости надоедливо ныли, на шкуре… то есть, на коже уже ощущались будущие синяки, а кое-где грозили появиться даже ссадины. Таким образом, ударенная лапа… то есть, нога, крайне удачно вписывалась в общую картину. Оборотень досадливо вздохнул и, отогнав какую-то надоедливую мушку, вознамерившуюся поселиться на его растрепанной шевелюре, поморщился. И откуда у этого молокососа такая сила? Он ведь всего лишь мальчишка, почти ребенок, даром, что не человек. При всей его вампирской сути он просто органически не может быть сильнее его, Ричарда! Если, конечно, у него не было нескольких козырей в рукаве… Но это вряд ли.

Мужчина вздохнул и, проходя мимо очередного дерева, раздраженно провел ногтями по его коре. Дерево особенного внимания к действиям оборотня не выказало, зато пальцы последнего, возмущенные столь грубым с ними обращением, отозвались саднящей болью. Ричард остановился и с удивлением воззрился на ободранную кожу и сломанные ногти. Совсем уже ополоумел. Волчьи мысли и чувства, конечно, вещь неплохая, но отнюдь не тогда, когда ты пребываешь в человеческом облике. А то так до черти чего докатиться можно, глядишь, еще и на четвереньках бегать начнет, и…

Резкий звук нарушил размышления мужчины и заставил его, вздрогнув от неожиданности, зло выругаться. Впрочем, тише звук от сего выражения недовольства отнюдь не стал, зазвучал даже как будто бы еще громче, назойливее и противнее, и оборотень, выругавшись еще раз, недовольно сунул руку в карман, выуживая из него небольшой мобильный телефон. Дисплей аппарата светился, сообщая имя вызывающего абонента, и Ричард, бросив на него взгляд, скривился, словно проглотил лимон. Тем не менее, на вызов он ответил и, поднеся телефон к уху, процедил:

- Я внимательно тебя слушаю.

Из трубки в ответ на его слова донесся смех.

- Судя по твоему голосу, ты уже успел нанести визит мальчику?

- С чего ты взял, что я собирался кому-то наносить визит? – недовольно проговорил оборотень, возобновляя путь и направляясь вперед сквозь заросли леса. Невидимый собеседник явственно усмехнулся.

- Не самое удачное время для шуток, Ричард. Есть дело. Возвращайся.

- Я не могу, - в голосе мужчины послышались язвительные, насмешливо-мстительные нотки, - У меня тут… дела еще есть.

- В деревню – ни ногой, - коротко приказал собеседник, и оборотень недовольно нахмурился.

- Я просто хочу навестить старых друзей, что в этом плохого?

- Ты слышал меня, - отрезал голос в телефоне, - К вечеру ты должен вернуться. Жду.

Из трубки полетели короткие гудки. Ричард, отодвинув телефон от уха, презрительно глянул на него, сбрасывая вызов.

- Жди, - недовольно буркнул он и, не взирая на только что полученный приказ, направился прямиком в ту самую деревню, люди из которой не так давно предпринимали попытку нападения на замок, в ту самую деревню, куда ему только что строго-настрого было запрещено заходить.

Не прошло и получаса, как он уже раздраженно распахнул дверь знакомого дома и, не дожидаясь реакции хозяина, быстрым шагом прошествовал к ближайшему стулу, усаживаясь на него с крайне возмущенным видом. Пожилой человек, находящийся здесь же, в главной комнате деревенского дома, безо всякого удивления поднял на него взгляд, отрываясь от каких-то лежащих на столе бумаг.

- Ты что-то хотел, Ричард?

- Ты решил наплевать на вампиреныша? – оборотень скрестил руки на груди, мрачно взирая на собеседника, - Что, думаешь, он больше никого не тронет, думаешь, у него благородство прорезалось?

- Спокойнее, друг мой, - хладнокровно произнес, очевидно, старейшина деревни, - В прошлый раз ты, помнится, вообще посчитал нашу затею глупостью и бредом.

- Ты же не ожидал, что я рвану на всех четырех лапах с вами к замку! – Ричард фыркнул и, поднявшись на ноги, оперся обеими руками о спинку стула, - Ты не ответил мне.

- Люди против него слабы, - последовал равнодушный ответ, - Остается лишь уповать на милость Божью.

Старик снова опустил взгляд на лежащие на столе бумаги. Оборотень скрипнул зубами и, приблизившись, хлопнул ладонями по столешнице, заставляя собеседника досадливо вздохнуть.

- Ричард, сделай одолжение, - не мешай мне работать.

- Я тут разговаривать с тобой пытаюсь, если ты вдруг не заметил, - недовольно проговорил Ричард, - С бумажками и потом повозиться можно. Тьери, ты же не собираешься бросать все это на самотек? Да мало ли, что еще может взбрести в голову этому кровососу, ты должен…

- Люди не пойдут снова на заведомую смерть, - перебил его старик, чуть сдвигая брови, - Ричард, я уже сказал тебе, - против него людских сил мало…

- Так то людских, - оборотень ухмыльнулся и, отойдя назад, вновь уселся на недавно покинутый стул, но на сей раз верхом, - А что же ты, Тьери? Неужели твоих силенок не хватит, чтобы справиться с одним кровопийцей?

- Как и твоих, - в голосе собеседника Ричарда появился холод, - Как я вижу, ты тоже не рвешься идти воевать с ним.

- Совсем наоборот, - мужчина сложил руки на спинке стула и, положив на них подбородок, очаровательно улыбнулся, - Знаешь, я тут подумал… А рассказал бы ты жителям, кто я такой, а? И мы бы все дружненько выгнали вампира из этих земель.

- Прежде они бы попытались прикончить тебя, - Тьери усмехнулся и, сцепив руки в замок, взглянул на собеседника с уже куда как большим интересом, - Чем вызвано такое рвение, Ричард? Неужели в тебе вдруг взыграла давняя ненависть к чуждому виду? Или же… - старик прищурился, - Дело в той странной девушке, что встала на его защиту?

Ричард явственно помрачнел. Улыбка как-то очень быстро покинула его лицо, напускная веселость и живость исчезла из глаз, давая место напряжению и досаде.

- Эта странная девушка не так давно была моей, - негромко, но очень весомо произнес он, - Он, наверное, зачаровал ее как-то, загипнотизировал, или уж не знаю, на что еще способны такие типы, и она решила, что должна быть с ним, а не со мной. А я хочу вернуть ее, и объяснить ей, как она заблуждается. Вот и все.

- Что ж, твой интерес мне ясен, - совершенно спокойно произнес в ответ старик и, подняв руки, все еще сцепленные в замок, задумчиво коснулся губами собственных пальцев. Помолчал некоторое время, а затем неожиданно произнес:

- Каково мнение Альберта на этот счет?

- Ну… - Ричард замялся, - Я бы сказал, у него смешанные чувства. Он не в курсе.

- Что? – Тьери даже приподнялся из-за стола, взирая на собеседника с каким-то веселым недоверием, - Ты не рассказал ему о том, что планируешь сделать? Боюсь, ты сильно переоцениваешь его терпение.

- Ой, можно подумать, так уж часто я иду наперекор его воле! – мужчина поморщился и неожиданно усмехнулся, - Кстати, сюда он мне тоже не велел идти. Прямо-таки, говорит, ни шагу в деревушку… Знаешь, мне кажется, он ревнует меня к тебе.

- Не смешно, - отрезал старик, вновь садясь на место, - Альберт в последнее время стал вести себя на редкость скрытно, да и появляться здесь почти перестал… Но, подозреваю, причины здесь иные. Ты можешь гарантировать, что он не узнает о том, что ты запланировал? – вопрос оказался довольно неожиданным, и оборотень, уже почти разочаровавшийся в попытке убедить старика, воодушевленно поднял голову.

- Могу, - безапелляционно заявил он и, почесав в затылке, с нарочитой незаинтересованностью прибавил, - Может быть, он не появляется тут потому, что перестал нуждаться в твоей помощи?

- Может быть, - коротко произнес в ответ Тьери и усмехнулся, - Знаешь, если он узнает, тебе здорово влетит от него за своевольство. Но, так уж и быть, я помогу тебе. Под твою ответственность.

Ричард широко улыбнулся, и воодушевленно кивнул в ответ.