Глава
8

Утро следующего дня для гостьи, практически уже постоянной жительницы, старинного замка началось на редкость неприятно. Дождь, начавшийся вчера вечером и исправно ливший всю ночь, ухитрился таки найти какую-то дырочку в крыше башенки, где располагалась ее комната, и теперь капли его потихоньку стекали прямо на лоб девушке. Татьяна, сморщившись, села и, тряхнув головой, стерла со лба холодную воду. Да уж, вот и умылась заодно… Что ж, за все приходится платить. Если ночью ей столь уютно и сладко спалось под звук стучащих по стеклу капель, следовало ожидать, что утро окажется далеко не столь же радужным и приятным. Должен же, в конце концов, в природе сохраняться баланс.

Как бы там ни было, а спать под миниатюрным водопадом, ниспадающим с потолка точно на подушку, возможным не представлялось. Оставался один единственный вариант – попытаться передвинуть кровать. Девушка, за прошедшее время успевшая напрочь забыть как о вывихнутой относительно недавно ноге, так и о раненной еще более недавно руке, оживленно вскочила на ноги и, исполненная решимости двигать мебель, огляделась в поисках привычной одежды. Не обнаружив же таковой, она, было, нахмурилась, однако вовремя вспомнила, что вещи остались в клетке Винсента, и, относительно успокоившись, принялась с энтузиазмом натягивать старинное платье. К слову, снять его вчера, вопреки обещаниям Романа, гарантировавшим, что раздеться теперь можно будет лишь при помощи ножниц, удалось без особых потерь, посему сегодня Татьяна решила самоотверженно повторить подвиг молодого интантера, самостоятельно затянув шнурок.

В целом, фокус ей удался. Правда, времени на него потребовалось значительно больше, чем потратил вчера юноша, но тут уж ничего не поделаешь. Одевшись, девушка мысленно засучила рукава и, упершись обеими руками в кровать возле изголовья, попыталась сдвинуть ее с места. Первой напомнила о себе больная рука. Татьяна стиснула зубы и честно попыталась проигнорировать тянущую боль в заживающей ране, однако в этот момент подключилась еще и нога, и девушка вынуждена была сдаться. Присев на край кровати, стараясь находиться подальше от мокрой подушки и продолжающей капать на нее воды, она подперла щеку кулаком и пригорюнилась.

Впрочем, почти сразу же отвлеклась от грустных мыслей, и удивленно вгляделась в пыльное напольное покрытие возле кровати. Она готова была поклясться, что видела, как в пыли только что что-то блеснуло, но что, и как оно там оказалось, понять не могла. Увлеченная поисками неизвестного предмета, девушка вновь поднялась с кровати и, присев на корточки, провела ладонью по полу. Не то, чтобы перспектива ощупывать древнюю пыль сильно воодушевляла ее в этот миг, однако же, любопытство оказалось сильнее. Наконец пальцы девушки наткнулись на что-то маленькое и твердое. Взяв это в руку, Татьяна обнаружила, что к неопознанному пока что предмету прикреплена тонкая, не менее пыльная цепочка. Заключив таким образом, что сжимает в руке чей-то старый кулон, девушка попыталась очистить его при помощи подручных средств. Особенных плодов это не принесло, грязные и пыльные тряпки, казалось, лишь сильнее пачкали хрупкий и изящный предмет, и неизвестно, чем бы кончилось дело, если бы Татьяна, увлекшись очисткой кулона, случайно вновь не оказалась под стекающими с потолка каплями. Одна из них попала на кулон, и девушка, рискнув вновь воспользоваться одной из тряпочек, с изумлением и радостью увидела, как засверкало солнце на хрустальных гранях изящного предмета. Спустя еще несколько секунд она, наконец, сумела окончательно очистить его и, поднеся к окошку, рассмотрела.

Она сжимала в пальцах маленькую изящную фигурку кошки, вырезанную из какого-то прозрачного материала, - то ли хрусталя, то ли алмаза, то ли просто столь искусно выполненную из обычного стекла. Кошка казалась живой, солнечный свет, переливающийся по граням кулона, порою создавал иллюзию движения прозрачной фигурки. Татьяна замерла, любуясь прекрасным произведением искусства. Кулон в ее пальцах казался теплым, нагревшимся то ли от солнечных лучей, то ли от тепла ее тела, и сердце удивительным образом отзывалось на это тепло странным трепетом. Девушка неожиданно поняла, что никогда и ни за что не расстанется с этим необычным украшением, просто не сможет, не найдет в себе сил. Она сжала его в кулаке и, закрыв на несколько мгновений глаза, отдалась ощущению охватывающего ее тепла. Однако, ненадолго. Неожиданно нахлынувшее на нее странное чувство вынудило Татьяну изумленно и испуганно распахнуть глаза и осмотреться. Комната вокруг как будто бы не изменилась, однако память о том странном видении, о том впечатлении, будто бы она находится в каком-то запертом помещении, холодном, темном и жутком, была еще слишком свежа.

Девушка поежилась и, пытаясь избавиться от наваждения, подошла к не так давно с трудом очищенному от пыли старинному зеркалу, осторожно примеряя кулон. Последний, надо заметить, не смотря на то, что, видимо, много лет провалялся в пыли, не казался таким уж старинным, а тем паче – древним. Напротив, украшение выглядело почти современно, даже цепочка его ничуть не заржавела и, не смотря на покрывавшее ее недавно обилие пыли, оставалась все такой же гибкой.

Татьяна аккуратно надела кулон и залюбовалась собственным отражением. Да, сомнения можно было оставить, - украшение явно дожидалось здесь ее и никого больше. Кулон, не взирая на малые размеры, смотрелся потрясающе, казалось, подчеркивал природную красоту девушки, придавая внешности что-то такое, чего не было в ней прежде, какого-то неизъяснимого шарма, безусловного обаяния, свойственного, как прежде считала Татьяна, лишь представителям семейства кошачьих.

С потолка, напоминая о себе, сорвалась очередная капля и с нарочито громким звуком шлепнулась на и без того мокрую подушку. Девушка вздрогнула, как очнувшись ото сна и, отвлекшись от самолюбования, недовольно глянула на собственное ложе, в изголовье которого уже медленно, но верно образовывалось болото. Затем покосилась на собственные руки и, тяжело вздохнув, чуть покачала головой. Альтернативы не было, - надо было привлекать к делу Эрика или же его шебутного братца. Конечно, в самом крайнем случае можно было бы обратиться за помощью к Анхелю, но… Татьяна слишком искренне разделяла мнение хозяина замка на счет этого мажордома, чтобы прибегать в данной ситуации к его помощи. Кроме того, общество Эрика обещало быть куда как более приятным.

Не раздумывая дольше, девушка решительно покинула комнату, направляясь на поиски кого-нибудь из братьев.

Романа нигде в пределах досягаемости видно не было, зато Эрик, как и следовало ожидать, обнаружился в холле, гордо восседающим на стуле в своей излюбленной позе. Правда, на сей раз она выглядела немного более расслабленной. Вероятно, все дело было в том, что хозяин замка… спал. Спал, сидя на стуле, закинув ноги на стол, и даже пальцы держал все так же домиком, что, впрочем, явно не доставляло ему дискомфорта.

Девушка, остановившись возле дверей в гостиную, на несколько мгновений замерла, недоверчиво всматриваясь в такое спокойное и умиротворенное сейчас лицо блондина. Трудно было представить, что этот извечно замороженный, хотя и начинающий, конечно, оттаивать, товарищ может выглядеть настолько расслабленно.

Татьяна осторожно сделала шаг вперед, стараясь ступать как можно более бесшумно. Сознанием ее овладела совершенно неожиданная, несколько озорная и, между тем, могущая оказаться весьма опасной, мысль.

Девушка сделала еще несколько шагов и, остановившись возле Эрика, глубоко вздохнула. Ой, что будет, если он проснется…

Не давая себе дольше раздумывать, Татьяна решительно наклонилась и, успешно миновав сложенные домиком на уровне груди пальцы хозяина замка, мягко коснулась его губ своими.

Губы блондина оказались неожиданно теплыми. Чуть шершавыми, чего и следовало, собственно, ожидать от мужских губ, но тем не менее теплыми, а не ледяными, как подозревала его гостья.

Впрочем, размышлять о температуре губ молодого человека ей оказалось некогда.

Не успела она завершить поцелуй, как хозяин замка неожиданно распахнул глаза, взирая прямо на девушку. Последняя ощутила, что ей внезапно стало жарко. Кровь явственно прилила к щекам и, не зная, как объяснить свои действия, она стала осторожно отстраняться, неуверенно бормоча:

- Т-там это… крыжа… В смысле, крыша… С нее прямо на кровать течет… А ты тут сидишь… и сидел… в смысле спал, вот я и…

Завершить сие сумбурное оправдание Татьяна не успела. Блондин неожиданно быстрым, практически молниеносным движением поднял руку и, коснувшись ею затылка девушки, притянул последнюю к себе, сам касаясь ее губ своими. Татьяна, опешив от неожиданности, рефлекторно дернулась, уперлась ладонями в плечи целующего ее молодого человека, но уже в следующий миг, осознав происходящее в полной мере, расслабилась, обнимая его за шею и отвечая на поцелуй. В эти волшебные мгновения она позабыла решительно обо всем. О том, что стоит сейчас в весьма неудобной позе, наклонившись к интантеру, о том, что где-то по замку гуляет Роман, который, пожалуй, может слишком уж обрадоваться, увидев брата целующимся с девушкой, а уж тем более вылетели у нее из головы все мысли о протекающей крыше, и о собственной кровати, грозящей вот-вот превратиться в филиал болота.

Впрочем, долго этому счастью продлиться было не суждено. Где-то далеко, но одновременно как будто бы совсем близко, неожиданно послышались крики, топот множества ног и, что напрягало значительно больше, - сопровождающее их злое рычание.

Молодые люди одновременно оторвались друг от друга и с совершенно идентичным удивлением воззрились в сторону входной двери. Девушка, лишь сейчас осознавшая в полной мере все неудобство собственного положения, поспешила аккуратно высвободиться из рук партнера, успевшего, как выяснилось, уже ее обнять и, выпрямившись, приподняла брови.

- Неужели на нас опять нападают?..

- Вероятно, - Эрик чуть пожал плечами и слегка сузив глаза, как-то странно посмотрел на собеседницу, - Как ты услышала их?

- В смысле? – не поняла Татьяна, - Все эти крики-вопли? Они же рядом совсем.

- На самом деле нет, - последовал до крайности спокойный ответ, - Для обычного человеческого существа они должны быть практически незаметны. Если на нас и решили вновь напасть, то все они еще довольно далеко. Услышать их способны лишь такие, как я или Роман. Вамп… Интантеры.

- Хочешь убедить меня в том, что это заразно и передается воздушно-капельным путем? – девушка недовольно скрестила руки на груди, - Или надеешься заявить, что это все из-за поцелуя? Даже не думай, что очередное нападение заставит меня забыть о…

Договорить Татьяна вновь не успела. Хозяин замка мгновенным движением скинул ноги со стола и, поднявшись со стула, на несколько секунд прижал девушку к себе, склонившись и вновь примкнув к ее губам. Отстранившись же, он неожиданно улыбнулся, медленно, словно бы неохотно выпуская ее из объятий.

- Я и не желаю, чтобы ты забывала. Но давай вернемся к этому позже?

- Ладно… - Татьяна расплылась в ответной улыбке и, облизнув губы, честно попыталась направить мысли в другое русло, - Так… и что же нам делать опять с этими… личностями?

- А никого кроме меня не интересует, что им тут опять нужно? – донесся из-за спин молодых людей знакомый до боли голос. Роман, застыв в дверном проеме, скрестил руки на груди и с откровенным обвинением во взгляде воззрился на брата.

- Может, сразу сознаешься во всех своих грехах, сын… то есть, брат мой? Чистосердечное признание уменьшает вину и, как бонус, облегчает твою нечистую совесть.

- Я даже не подходил больше к этой деревне, - совершенно спокойно произнес хозяин замка и, пожав плечами, добавил, - С последнего нападения я вообще не покидал замок.

- А тогда что же этим милым людям нужно здесь? – молодой интантер подозрительно прищурился.

- А может, ты спросишь это у них? – Татьяна, не желая слышать дальнейших обвинений в адрес Эрика, предпочла вмешаться.

- Меня терзают смутные сомнения… - завел Роман, однако, брат перебил его.

- Я не думаю, что они просто возьмут и ответят. К тому же, я чувствую что-то странное, только не знаю…

- Это оборотень, - с деланным хладнокровием пояснил юноша, - Вот только откуда они его взяли – загадка. Прямо-таки загадочная загадка, самая загадочная из всех загадок.

- Оборотень? – переспросил Эрик, медленно переводя взгляд на девушку, - Может быть, это вчерашний оборотень?

- Ричард? – удивилась Татьяна, неуверенно качая головой, - Да нет… Ну, во всяком случае, я надеюсь, что это не так.

- Так, какой еще Ричард, почему вчерашний и почему не так? – решительно вклинился Роман, сдвигая брови, - И почему я до сих пор не в курсе ваших вчерашних бесед с живностью? Между прочим, кто-то врал, что не покидал замок, - последнюю фразу молодой человек проговорил уже значительно тише, однако, от того не менее претенциозно.

- Да чего там рассказывать, - девушка махнула рукой и, тяжело вздохнув, невесело взглянула на входную дверь, - Я гуляла, ко мне подошел Ричард, который оборотень, мы с ним поговорили, а потом Эрик меня от него спас.

- Смотрю, беседа очень милая была, - Роман насмешливо хмыкнул и, прислушавшись, добавил, - Люди еще до нас не доползли, так что я могу послушать твои страшные откровения.

- А я не хочу откровенничать, - недовольно проговорила Татьяна, через плечо оглянувшись на собеседника, - Он хотел забрать меня домой, вот и все. Был несколько… не тактичен, поэтому Эрику пришлось объяснить ему основы воспитания.

- Ну, скажем, воспитание-то я ему как раз не объяснял, - негромко поправил девушку честный хозяин замка, - И если это действительно он сейчас направляется к нам, боюсь, я был недостаточно убедителен.

- Хочешь сказать, что этот храбрый портняжка решил с тобой подраться? – юноша широко ухмыльнулся и, неожиданно покинув пространство за балюстрадами, приблизился к одному из окошек, находящихся по бокам от входной двери, - О, а вот и они. Татьяна, иди сюда, идентифицируй нам песика.

- Что, думаешь, в этом лесу оборотни толпами ходят? – недовольно произнесла девушка, однако же словам Романа подчинилась, подходя к нему и тоже выглядывая в оконце. Ей хватило одного взгляда. Лишь увидев поднимающегося по склону холма большого черного волка, она горько вздохнула и, отстранившись, пробормотала:

- Видимо, в голове у него все-таки ничего не отложилось…

- Значит, идентификация прошла успешно, - констатировал Роман и, хмыкнув, перевел взгляд на брата, - Эрик, я разочарован. Неужели ты не мог более убедительно начистить ему пятачок?

Блондин недовольно махнул рукой, как бы показывая, что данная тема была закрыта еще вчера и, прислушавшись к теперь уже явственно доносящемуся из-за дверей рычанию, покачал головой.

- Что за странные люди… Боятся меня, но сотрудничают с оборотнем.

- Оборотни, по крайней мере, многие из них, значительно хитрее, чем скромные и милые мы, - Роман устало потер лоб и, пожав плечами, добавил, - Он наверняка заморочил им голову. А раз он это сделал, то так уж и быть, братец, я снимаю с тебя все обвинения.

- Я счастлив, - церемонно кивнул хозяин замка.

Снаружи, между тем, раздалось несколько возгласов, а еще спустя пару мгновений кто-то интенсивно забарабанил по дверям. Где-то на заднем плане рычал волк.

Татьяна тяжело вздохнула и закатила глаза.

- Господи, в этом замке может хоть один день пройти спокойно? Пойду, выпущу Винса.

И с сими словами она, даже не задумываясь, какое впечатление могли произвести ее слова на обоих братьев, решительно направилась в сторону гостиной, с тем, чтобы, миновав ее, спуститься в подвал к хранителю памяти.

Оставшиеся же в холле молодые люди тем временем, проводив ее недоуменными взглядами, медленно переглянулись.

- Она сказала… - начал Эрик.

- … выпущу Винса? – закончил Роман и, пару раз моргнув, добавил, - Надеюсь, не у меня одного слуховые галлюцинации?

- Не у одного, - блондин чуть нахмурился, - Она ведь боялась его, пройти мимо не могла.

- Кто-то из них быстро находит общих язык или с котиками, или с девушками, - пожав плечами, констатировал его брат, - Смотри, Эрик, уведет у тебя кот девчонку.

- Не говори ерунды, - Эрик досадливо поморщился и, помолчав, добавил, - Через пять минут не вернется – пойду следом.

- Ну да, с учетом человеческой скорости, думаю, ты нагонишь ее где-нибудь на половине пути туда, - фыркнул юноша и, задумчиво глянув на окно, за которым периодически мелькали тени людских силуэтов, прибавил, - Хорошо, что ты хоть за кого-то начал волноваться.

- Она моя гостья, - хозяин замка пожал плечами, - Я несу за нее ответственность.

- Что, правда? – Роман насмешливо приподнял бровь, - Не волнуйся, если кот ее съест, я не буду винить тебя. Торжественно клянусь, что буду ругаться на Винсента.

- Если с ней что-то случится, я буду винить себя сам, - Эрик отвел взгляд, взирая куда-то в угол, - Это… уже другое. Да охрипнут они уже когда-нибудь? – с сими словами он, поморщившись, вновь уселся на стоящий возле стола стул и недовольно скрестил руки на груди.

- Переводишь тему? – Роман ухмыльнулся и, прислонившись к столу, с интересом взглянул на старшего брата, - Скажи, Эрик, а она тебе только гостья или уже что-то большее?

- Не стоит лезть не в свое дело, Роман, - по губам блондина змеей скользнула улыбка и, показывая, что разговор окончен, он вновь устремил свое внимание на двери замка.

 

***

Татьяна быстро шагала по освещенному факелами коридору, ведущему к клетке Винсента, и злилась на саму себя. Уже на выходе из гостиной до нее, наконец, дошел смысл собственного поступка, а главное – того, как он, должно быть, выглядел в глазах Эрика, да и его брата тоже. И кто ее за язык тянул? Надо же было взять и прямо вот так вот заявить, что пойдет общаться с домашним котиком! А если Эрик заподозрит что-то? Да и Роман тоже… Как, интересно знать, ей в таком случае оправдываться? «Ой, ну боялась я его, ну и что? Побоялась, а потом как-то взяла и сроднилась!» - так что ли? При мысли о подобном варианте развития событий девушка раздраженно скрипнула зубами. Вот надо учиться язык за ними держать, а не болтать, когда не надо!

Вероятно, из-за злости на саму себя, Татьяна на сей раз шагала на порядок быстрее, чем передвигалась обычно, посему и до клетки добралась просто в рекордно короткий срок.

Винсент встретил ее буквально на пороге, взирая на пришедшую звать его на бой девушку довольно недовольно.

- На нас напали, котик, так что идем, будем всех спасать, - Татьяна слегка вздохнула и чуть отошла в сторону, давая возможность льву пройти. Однако, вопреки ее ожиданиям, проходить тот вовсе даже не спешил. Напротив – вместо ожидаемых действий он неожиданно зарычал и, несколько быстрее, чем в прошлый раз, но все равно довольно неспешно, принял человеческий облик. Девушка, созерцая это явление природы, удивленно развела руками.

- И что сие означает? Ты что, решил заодно и спалиться перед Эриком?

- Да Боже упаси, - Винсент недовольно передернул обнаженными плечами, хмуро взирая на собеседницу, - А вот ты, похоже, когда-нибудь меня под монастырь-то подведешь, женщина.

Татьяна на мгновение замолчала, нахмуриваясь. Кто-то когда-то раньше определенно говорил ей едва ли не те же самые слова, только в другой ситуации… но кто и когда?

- Татьяна, - хранитель памяти совершенно некультурно щелкнул пальцами перед носом собеседницы, - Проснись и перекрестись. Нашла время дрыхнуть, тоже мне!

- Вместо того, чтобы болтать, шел бы… помогать Эрику, - беззлобно огрызнулась девушка и, вздохнув, добавила, - Я знаю, что говорить ему, что я прямо вот пошла выпускать тебя не надо было. Можешь не продолжать, я себя уже поругала.

- С чем тебя и поздравляю, - хранитель памяти кивнул и неожиданно направился вперед по коридору. Татьяна, проводив его изумленным взглядом, поспешила следом.

- Ты прямо так пойдешь, что ли?

- Не волнуйся, если что, превратиться я успею, - обнадежил ее собеседник и, внезапно нахмурившись, оглянулся через плечо на спутницу, - Скажи, ты ведь не собираешься на сей раз изображать из себя помесь Лары Крофт с Джеки Чаном и выходить из замка?

- Вообще-то собираюсь, - девушка, не особенно довольная такой характеристикой прошлого ее выступления в качестве помощницы Эрика, скрестила руки на груди, - А не собираюсь я бросать Эрика!

- Твое «не собираюсь бросать» с прошлого раза у тебя на руке белеет, - Винсент выразительно воззрился на все еще забинтованную руку собеседницы, о которой та умудрялась периодически забывать. Видимо, зелье, которым ее лечил хозяин замка все-таки оказало необходимый эффект.

- А сейчас там еще и этот твой оборотень, - продолжал хранитель памяти, резкими шагами продвигаясь вперед, - Ситуация еще более опасна!

- Меня он не тронет, - Татьяна легкомысленно махнула рукой, - Он сюда, думаю, и пришел-то только чтобы попытаться меня забрать. Поэтому вредить мне ему в любом случае нет смысла. Самому же лечить потом.

- Ой, как я забыл про ваши тесные отношения! – ехидно проговорил мужчина и, неожиданно остановившись, обернулся к собеседнице, - Как бы там ни было, мое дело предупредить, - если ты не хочешь покинуть замок вместе со своим приятелем, сиди в нем. Или, честное слово, я лично запихаю тебя внутрь и посажу под замок, - при этих словах Винсент чуть нахмурился, как бы демонстрируя серьезность собственных намерений.

- О, только не бросай меня в терновый куст! – насмешливо, однако вместе с тем весьма недовольно процитировала в ответ детскую сказку* Татьяна, - Винсент, я не могу сидеть на одном месте, пока Эрику грозит опасность, как ты не можешь этого понять?

- У Эрика и кроме тебя полным полно будет защитников, - парировал Винсент, - Меня и Романа для этих целей более, чем хватит. А если ты влезешь в это дело, то будешь скорее мешать, чем поможешь.

- Хорошо, - девушка неожиданно кивнула и, видя подозрительный взгляд собеседника, коварно улыбнулась, - Но учти, - если я найду где-нибудь здесь или револьвер с серебряными пулями, или даже серебряную вилку, мне будет чем отбиваться от оборотня. Тогда ты меня в замке точно не удержишь.

- Прекрасно, - хранитель памяти неожиданно повеселел, - Ничего такого ты здесь не найдешь, так что я могу быть спокоен. А теперь пошли, а то чует мое сердце, Эрик скоро заявится проверять, не съел ли я тебя.

- С тебя станется, - недовольно буркнула Татьяна и, шмыгнув носом, деловито шагнула вперед.

- Все никак не простишь мне птичку? – Винсент, ухмыляясь, последовал за ней. Девушка фыркнула.

- Мне ее жалко! Я может, вообще за Гринпис…  А ты мало того, что птичек ешь и на меня покушался, еще и ржешь, когда люди падают!

- Ужас со всех сторон, - хранитель памяти, сдерживая смех, чуть покачал головой. А затем, прервав неожиданно беседу, обратился во льва, направляясь дальше уже в этом облике.

- Учти, птички все на перечет, съешь хоть одну – привяжу к клетке за хвост, - грозно произнесла девушка и, слегка вздохнув, уверенно зашагала рядом с фыркающим хранителем памяти вперед.

 

***

Как вскоре выяснилось, изменить облик Винсент успел как раз вовремя. Буквально за несколько шагов до выхода из коридора Татьяне и идущему рядом с ней льву неожиданно встретился Эрик, вероятно и в самом деле направляющийся проверять, не пала ли его девушка жертвой львиного голода. Медленно перевел взгляд с одной на другого и слегка приподнял брови, демонстрируя легкое удивление.

- О. Как я вижу, вы и в самом деле подружились.

- Ну… да, в общем и целом, - девушка смущенно улыбнулась и, пытаясь найти более или менее логичное оправдание своему поведению, добавила, - Я с ним сроднилась.

Сказала – и даже чуть покраснела, понимая, до какой степени глупо прозвучали эти слова. Однако же, хозяин замка, по видимому, предпочел не придавать странным речам своей гостьи особенного значения. Либо не видел в том смысла, либо, что тоже было вполне вероятно, не желал тратить сейчас время на попытку прояснить для себя странные речи Татьяны.

- Что ж, я рад, - коротко произнес он и, посторонившись, открыл дверцу, ведущую из коридора наружу, - Помощь Винсента совсем не будет лишней. Эти люди словно бы распаляются еще больше с каждым мигом…

- Ох уж эти люди, - девушка демонстративно вздохнула и, старательно делая вид, что сама она к людскому племени не имеет решительно никакого отношения, поспешила миновать небольшой отрезок лесенки, самостоятельно открывая дверь в гостиную и проходя внутрь.

Возле дверей, ведущих в холл, неожиданно обнаружился Роман.

- Вы что, совсем обнаглели? – возмущенно поинтересовался он, мрачно хмурясь в сторону идущей впереди Татьяны, а заодно и следующих за ней Эрика и льва, - Бросили меня там в одиночестве, а если эти страшные противные дядьки взломают дверь и возьмут меня в плен? Я не желаю быть жертвой вашего произвола!

- Скорее их произвола, - поправила девушка, невольно усмехнувшись, - И почему мне кажется, что если они взломают дверь и нарвутся на тебя, то пострадают скорее они, чем ты?

- Ты плохо обо мне думаешь, - юноша старательно изобразил святую невинность, - А между тем я маленький и скромный, меня каждый обидеть может. Хватит болтать, пошли разбираться с коварными захватчиками!

- Это ты болтаешь, - фыркнула Татьяна, - А Эрик, между тем, уже успел дойти до своего стула.

Хозяин замка, не вслушивающийся в милую беседу своего брата с девушкой, и в самом деле, проследовав в холл, уже успел дойти до стола и, соответственно, находящегося рядом с ним стула и, остановившись возле последнего, выжидательно оглянулся на оставшихся позади.

- Ну и достижение! – восхитился Роман и, тяжело вздохнув, расстроено проговорил, - Мне никогда этого не повторить…

Винсент, рыкнув, слегка толкнул молодого нахала и, протиснувшись мимо него, деловито направился следом за хозяином. Романа это расстроило еще больше.

- Ну вот, даже кот способен на такие подвиги! А я, бедный и несчастный…

- Роман! – голос Эрика, разорвав привычную для холла пыльную тишину, мгновенно прервал страдания молодого человека. Тот демонстративно выпрямился по струнке и, с интересом воззрившись на старшего брата, приподнял брови.

- Слушаю-с.

- Я могу на тебя рассчитывать сегодня?

- Что, против этих негодяев, которые порываются взломать дверь? – юноша ухмыльнулся, как-то сразу теряя всю свою дурашливость, - О чем разговор. Я полностью в твоем распоряжении.

- Прекрасно. В таком случае, ты, - с сими словами блондин перевел взгляд на девушку, - Остаешься в замке. И постарайся не покидать его, пока эти люди не покинут наших окрестностей. Если, конечно, ты не желаешь прогуляться прочь вместе с оборотнем… - последнее Эрик проговорил уже несколько тише, и Татьяна готова была поклясться, что явственно услышала прозвучавшие в его голосе при этих словах нотки ревности.

- Ну, этого я делать не желаю, - не преминула она ответить и, нахмурившись, добавила, - Но если найду тут какую-нибудь серебряную кочергу или револьвер с подходящими пулями, я тут сидеть не стану!

- Ура, мы спасены, - хихикнул Роман и, подмигнув девушке, пояснил, - Кочергу из серебра ты не найдешь, а револьверов тут сроду не водилось. Так что мы хотя бы можем быть уверены, что ты не начнешь палить во всех подряд, в том числе и в нас, - и, не дожидаясь реакции откровенно возмущенной собеседницы, молодой человек хлопнул в ладоши, вновь поворачиваясь к входным дверям, - Что ж, оружие к бою?

- Зубы вперед выставить собрался? – хмуро осведомилась Татьяна, чрезвычайно недовольная своим вынужденным временным заточением в замке, - Или Винсента возьмешь на ручки?

Лев при последнем предположении возмущенно хрюкнул. Роман же, в свой черед весьма озадаченный такими вариантами, оценивающе взглянул на хранителя памяти, затем почесал в затылке и, наконец пробормотав:

- Кто еще кого на ручки возьмет… - предпочел приблизится к уже стоящему возле входных дверей до крайности спокойному брату, - Какой будет боевой клич?

- Хватит и рычания Винсента, - отмахнулся Эрик и, не медля более, резко распахнул двери.

Люди, вплоть до этого мгновения откровенно бесновавшиеся снаружи, как-то сразу притихли и попятились назад. То ли вид вышедшего на порог своей вотчины блондина был столь грозен, то ли их испугало присутствие рядом с ним еще одного молодого человека, - это так и осталось неизвестным. Винсент, недовольно дернув хвостом, решительно вклинился между стоящими возле входа братьями и, слегка пихнув Романа, грозно оскалился в сторону нападающих. Те попятились еще больше. Похоже было, что вся их храбрость, вся ярость, столь сильно бушевавшая в них, пока двери замка оставались запертыми, сразу куда-то исчезла, уступая место скорее страху и некоторому недоумению от собственных действий и пребывания здесь.

Девушка, наблюдающая за происходящим из холла старинного строения, чуть усмехнулась и, подойдя к оставленному Эриком стулу, села на него верхом. Со спины стоящая возле дверей троица смотрелась довольно оригинально и, не смотря на то, что один из них находился отнюдь не в человеческом облике, вызывала ассоциации с тремя богатырями.

- Что вам угодно, господа? – голос хозяина замка поражал не сравнимой ни с чем холодной вежливостью, заставляющей невольно поежиться даже Татьяну, успевшую уже привыкнуть к его интонациям. Что уж говорить о людях – страх на их лицах после обращения к ним блондина стал еще более очевиден и, казалось, затмил собою все остатки здравого смысла, пока еще витавшие в их головах.

- Все то же! – среди замолкшей внезапно толпы неожиданно обнаружился храбрец, - Мы… мы не позволим более убивать жителей нашей деревни!

- Разве я убиваю их? – Эрик с интересом приподнял брови, окидывая храбреца откровенно насмешливым взглядом. Лев, как бы намекая, что положительный ответ на этот вопрос крайне не приветствуется, сделал небольшой шажок вперед. Храбрец в свою очередь сделал шаг назад.

- Ты уже убил одну девушку, этого хватит! – голос его на последних словах сорвался на визг и храбрец замолчал. Кто-то за его спиной опасливо кашлянул. Послышался шепоток:

- Строго говоря, она была не из нашей деревни…

- Не важно! – храбрец, приободренный выступлением со стороны сотоварищей, гордо выпрямился, - Она была убита этой тварью рядом с нашими домами! Любой может стать следующим, к тому же… - он перевел дыхание и продолжил, - Он удерживает у себя другую девушку против ее воли!

Роман, в процессе небольшой беседы между собой нападающих, кусавший губы, не выдержал и откровенно хрюкнул, пытаясь сдержать смех. Говорить он, однако, ничего не стал, и Татьяне подумалось, что, видимо, это какое-то негласное правило, - Роман, постоянно перебивающий старшего брата в стенах замка, за его пределами, да еще на виду такой толпы людей, старательно сдерживал подобные порывы.

Впрочем, нельзя сказать, чтобы последние слова храбреца не показались забавными и самому хозяину замка.

- Прошу прощения? – не скрывая улыбки, переспросил он, - Вы говорите об этой девушке? – и, обернувшись вполоборота к замку, мягко позвал, - Татьяна, выйди на минуточку.

Девушка, словно бы только и ждавшая этого мига, легко поднялась со стула и радостно шагнула вперед. Впрочем, от комментария она все-таки не смогла удержаться.

- Всего лишь на минуточку? А если я пригожусь на более длительное время? – с сими словами она, приблизившись к блондину, демонстративно обняла его за талию. Роман, покосившись на сию демонстрацию свободной воли, негромко удивленно присвистнул. Лев, будто бы реагируя на этот свист, дернул хвостом, довольно ощутимо хлестнув им юношу по ногам. Молодой человек неприязненно поморщился в сторону домашнего котика и, пообещав сквозь зубы выщипать ему гриву, вновь обратил свое внимание на происходящее впереди.

Собеседник Эрика между тем, глядя на совершенно довольную девушку, явственно растерялся.

- Ну… наверное… - он неуверенно оглянулся на товарищей и, словно бы получив от них какую-то подсказку, нахмурился, снова взирая на хозяина замка, - Именно эту! Ты запудрил ей мозги, приворожил ее и теперь считаешь, что мы поверим в искренность ее поведения?! Мы спасем бедняжку от твоей проклятой власти!

Татьяна облизала губы, пытаясь скрыть улыбку. По крайней мере, пока, ситуация решительно не казалась хоть сколько-нибудь опасной. Скорее она вызывала смех, причем далеко не только у нее, - Роман, слушая сии проникновенные речи уже давно откровенно хихикал, усиленно пытаясь сделать вид, что его внезапно одолел кашель, Винсент же, напротив, казался возмущенным, и фырканье свое старался сделать как можно более грозным, что, впрочем, удавалось ему мало.

- Я не вижу смысла что-то доказывать, - спокойно улыбнулся тем временем Эрик и, проведя рукой по спине девушки, добавил, обращаясь уже к ней, - Ступай в замок.

- Я думала, ты позвал меня помочь! – возмутилась Татьяна и, недовольно нахмурившись, скрестила руки на груди, отстраняясь от интантера, - А ты хочешь вынудить меня снова идти искать револьвер?

- Давай не будем обсуждать это прямо сейчас, - в голосе блондина явственно прозвучали металлические нотки, возмутившие его собеседницу еще больше.

- Прекрасно! – фыркнула она, - Пойду спрошу у Анхеля, где тут столовое серебро! – и, демонстрируя наглядно свою решимость общаться даже с мажордомом, она быстрыми шагами направилась обратно вглубь холла. Хозяин замка, проводив ее взглядом, чуть покачал головой.

- Женщины, - негромко выразил его мысли брат и, хмыкнув, снова глянул на замерших перед ними в ожидании окончания милого общения людей, - Ну что, медленно их убьем или милосердно?

- Перестань, - Эрик слегка поморщился и, сделав шаг вперед, развел руки в стороны, - У вас есть последний шанс с миром покинуть пределы моих владений и более никогда не появляться здесь.

- Мы уйдем, только когда ты будешь мертв, а девушка свободна! – вскрикнул, вновь едва ли не взвизгнул храбрец и, подавая пример, бросился вперед. В руке он, как выяснилось только сейчас, сжимал деревянный кол.

- Видимо, в нашем замка и правда ни дня не может пройти спокойно, - слегка вздохнул блондин и, глянув на брата, прибавил, - Заканчивай веселиться.

- Я люблю все делать с улыбкой! – последовал жизнерадостный ответ, и в следующее мгновение молодой интантер уже оказался буквально перед нападающими, снося одного из них неожиданным и сильным ударом в челюсть. Остальные, ошеломленные таким внезапным отпором, несколько сбавили темп передвижения и направлялись вперед теперь уже с куда как большей опаской, пытаясь при этом обходить молодого человека. Последнего это решительно не порадовало.

- Эй-эй! Граждане-товарищи, вы же драться сюда пришли, не забывайте! Ну, кто первый рискнет попытаться дать мне в нос?

- Роман… - Эрик устало потер переносицу и, ловко увернувшись от летящего в него деревянного кола, попросил, - Не увлекайся, хорошо?

- Да я еще даже не начал, - пожал плечами юноша и, видя как очередной нападающий пытается проскользнуть мимо него, ловко сделал ему подножку, - Куда спешим, добрый человек? Полежи, отдохни лучше, драка никуда от тебя не уйдет.

Между тем, девушка, вынужденная оставаться в замке на сей раз и в самом деле против своей воли, с самым, что ни на есть недовольным видом изучала пыльные углы холла, пытаясь обнаружить в них хоть какое-то подобие оружия. Голоса, доносящие снаружи, были ей, разумеется, прекрасно слышны и даже заставили пару раз невольно улыбнуться, однако в целом мысли Татьяны в данный момент склонялись скорее к мрачному направлению. Она ведь явственно слышала волчье рычание перед замком. И когда люди только приближались, и потом, когда подошли, да что там, она своими глазами видела большого черного волка, узнать которого ей не составило ни малейшего труда! Так где же он? По сию пору Ричарда видно не было, люди действовали будто бы сами по себе и это не могло не настораживать.

Обшарив очередной пыльный угол и, как и следовало ожидать, не обнаружив там решительно ничего полезного, Татьяна раздраженно уперла руку в бок.

- Можно подумать, на замок никогда оборотни не нападали… - пробурчала она себе под нос, мысленно прикидывая, чем же в случае необходимости можно заменить серебро, дабы суметь отбиться от кого-то, умеющего менять облик.

- Полагаю, они не нападали на нынешних хозяев, - послышался за ее спиной знакомый насмешливый голос, и Татьяна, резко обернувшись, изумленно и вместе с тем возмущенно воззрилась на стоящего перед ней мужчину.

- Как… как ты тут оказался? – на миг задохнувшись от возмущения, девушка уперла и вторую руку в бок, дабы придать своей позе более уверенный вид.

- Довольно просто, - вежливо ответствовал Ричард, - Пока твои приятели увлечены людишками, ничего не стоило проскользнуть в гостеприимно распахнутые двери.

- Уйди, - коротко отреагировала Татьяна и, демонстрируя полное безразличие к присутствию рядом с ней оборотня, обошла его, вновь подходя к стулу и усаживаясь на последний верхом. Ричард, явно недовольный ее поведением, ожидаемо направился следом.

- Ты могла бы быть и повежливее, - недовольно отметил он, мрачно глядя на собеседницу сверху вниз, - Я же все-таки спасать тебя пришел.

- Я тебя об этом не просила, - хмуро прореагировала девушка и, сложив на спинке стула руки, опустила на них подбородок, - Ричард, отстань, а? Я не пойму, я что, неясно в прошлый раз выразилась, когда сказала, что больше не желаю продолжать наши отношения?

- Вот я что-то не помню, чтобы ты такое говорила, - огрызнулся оборотень и, обойдя стул, остановился перед Татьяной, - Слушай, я знаю, тебе кажется, что ты должна быть с ним, но…

- Он не гипнотизировал меня, - устало перебила собеседника девушка, - И не привораживал. Ричард, я здесь нахожусь по собственной воле, с ним я тоже по своему желанию, так что сделай одолжение – просто уйди, а?

- Разбежалась, - оборотень неожиданно оскалился, - Уйдем мы отсюда вместе, дорогая моя. И, поверь, мне решительно все равно, останется ли при этом в живых твой новый дружок… - Ричард многозначительно замолчал, и Татьяна, крайне обеспокоенная последними его словами, взволнованно приподняла голову.

- Даже не думай…

- Я предпочитаю не думать, а действовать, - усмехнулся в ответ мужчина и, медленно обернувшись к проходу, проговорил несколько тише, - Быть может после смерти этого вампира его чары с тебя спадут… - и, не желая более продолжать разговор, он внезапно метнулся вперед, буквально на ходу оборачиваясь огромным черным волком.

Татьяна вскочила со стула. Именно в миг, когда Ричард так внезапно бросился вперед, напротив входных дверей вновь возник силуэт Эрика, явно увлеченного схваткой, а точнее бесконечными уворачиваниями от атак людей.

- Не смей!.. – воскликнула девушка и, видя что слова ее на оборотня не производят ни малейшего впечатления, повысила голос, - Эрик! Берегись!

Предупреждение прозвучало как раз вовремя. Хозяин замка, обернувшись на голос Татьяны и увидев несущегося на него хищника, успел пригнуться, и волк, уже прыгнувший в надежде, видимо, впиться ему в горло, пролетел у молодого человека над головой, приземляясь несколькими шагами дальше, как раз среди толпы нападающих, неподалеку ото льва. Винсент, разумеется обративший внимание на это явление, грозно зарычал и многозначительно сделал шаг вперед, совершенно не замечая людей вокруг, которые, впрочем, при виде волка как-то стушевались и теперь усиленно пытались отступить куда-нибудь к лесу. Волк же, явно не довольный тем, что его отвлекают от выбранного противника, прореагировал на действия льва лишь негромким досадливым ворчанием через плечо, и, припав к земле, изготовился вновь броситься на стоящего на удивление спокойно хозяина замка. Однако же, сделать он этого не успел. Стоило только Ричарду предпринять попытку рвануться в сторону Эрика, как буквально на спину ему обрушилась, завершая грациозный прыжок, всей своей тяжестью львиная туша. Волк явственно захрипел и, извиваясь ужом, попытался выбраться из-под противника. О нападении на блондина он уже даже не помышлял, спасение собственной жизни представляло для него сейчас куда как больший интерес.

Винсент, вовсе не намеренный отпускать добычу вот так вот запросто, вдавил противника в землю и, склонившись к его горлу, неоднозначно оскалился.

Татьяна, успевшая в порыве беспокойства подбежать к дверям замка, испуганно замерла, вцепляясь в косяк.

- Ричард… - сорвался с ее губ полный страха вздох, и оборотень, услышав его, неожиданно резко рванулся влево. Львиная пасть с неприятным клацающим звуком сомкнулась буквально в сантиметре от его горла. Девушка облегченно выдохнула. Эрик досадливо поморщился. Роман, лишившийся, ввиду поспешного бегства людей, всех противников, а если быть точнее, всех объектов для развлечения, разочарованно хлопнул себя по бедрам.

- Акелла промахнулся, - с неподдельной досадой в голосе констатировал он, вынудив тем самым Татьяну бросить на него весьма неприязненный и недовольный взгляд.

Между тем, Ричард, пользуясь некоторой обескураженностью своего противника, сумел каким-то чудом высвободиться из страшного захвата его лап и, метнувшись в сторону, предпринял попытку покинуть малоприятное общество хранителя памяти. Однако же, львиная лапа, резким движением придавившая волчий хвост к земле, не позволила ему этого сделать.

Татьяна испытала мгновенный прилив совершенно противоречивых чувств. С одной стороны, хорошее отношение к Ричарду все еще жило в ее сердце, и заставляло сейчас ощущать жалость к оборотню, с другой – она внезапно почувствовала опасение за Винсента, показывающего себя сейчас просто-таки невероятно умным львом. Неужели в его голове не нашлось хоть толики этого самого ума, который помог бы хранителю памяти догадаться, что вести себя в облике хищника так уж по-человечески не стоит?

Впрочем, надо сказать, долго задумываться девушке не пришлось. Лев, продолжающий демонстрировать чудеса разумного поведения, весьма ловко сшиб противника с ног и, перевернув его на спину, наступил огромной лапой ему на грудь, вновь вдавливая в землю. Пасть его, оказавшаяся опять в опасной близости от шеи соперника, снова разомкнулась, демонстрируя страшные зубы. Татьяна, наконец отлепившись от косяка, невольно сделала шаг вперед. Вот сейчас он высвободится, обязательно высвободится, вот уже сейчас, сейчас… В желтых волчьих глазах мелькнуло отчаяние и словно отразилось в сердце девушки. Винсент приоткрыл пасть шире, готовясь сомкнуть ее на волчьем горле, и…

- Не надо!

Девушка сама не поняла, кто произнес эти слова. И лишь увидев внезапно обратившиеся к ней изумленные взгляды всех присутствующих на поле боя, включая и обоих хищников, сообразила, что это сказала она сама. Чувствуя некоторое смущение от общего внимания, и в то же время ощущая странную уверенность, она решительно сделала шаг вперед, приближаясь к хозяину замка.

- Скажи ему отпустить его!

- Он собирался убить меня, - взгляд блондина был по-прежнему обращен к сцепившимся зверям, голос холоден как лед. Татьяна, выдохнув через нос, резко дернула собеседника за рукав, заставляя его повернуться к ней лицом.

- Я прошу тебя его помиловать! Неужели ты не можешь выполнить это?

Эрик молчал. Взгляд его, теперь прикованный к умоляющему лицу девушки, был на редкость серьезен и задумчив. Секунды шли, грозя смениться минутами, и Татьяне, да и, полагала она, не только ей, казалось, что она слышит звук падающих в незримой пустоте песчинок, отмеряющих мгновения времени. Наконец Эрик принял решение.

- Отпусти его, Винсент.

Голос блондина был сейчас ничуть не теплее, чем при произнесении предыдущей фразы, однако взгляд девушки, обращенный к нему, исполнился благодарности.

- Спасибо, - одними губами шепнула она и, по-прежнему беспокоясь, снова перевела взор на поле боя.

Винсент медленно, с явной неохотой убрал лапу с груди противника и, довольно раздраженно дернув хвостом, отошел на несколько шагов. Люди, вернее, та их часть, что еще оставалась на поляне, поспешили в страхе скрыться за деревьями леса, завершая безрассудную атаку неорганизованным бегством. Похоже, поражение их идейного вдохновителя сильно подкосило боевой дух отважных крестьян.

Ричард, будто удовлетворенный тем, что никто из жителей деревни не увидит его в этот миг, медленно, с откровенным трудом перевоплотился в человека. Лицо его было залито кровью, грудная клетка изувечена так, что не надо было быть профессиональным медиком, чтобы разглядеть под привычной кожаной курткой неровно торчащие ребра. Дышал он трудно, хрипло, с присвистом; чтобы сесть ему понадобилось приложить недюжинные усилия.

Татьяна, осторожно обойдя Эрика, неуверенно приблизилась к нему и, присев рядом на корточки, тяжело вздохнула.

- Я ведь просила тебя уйти… - она с сожалением покачала головой. Во взгляде мужчины в ответ на это мгновенным сполохом мелькнула злость.

- Я не просил помощи, - хрипло выдавил он и хотел, было, добавить что-то еще, но закашлялся, прикрывая рот рукой. На губах его выступила кровь, оставившая след и на пальцах.

- И все же получил ее, - мрачно произнес за спиной девушки хозяин замка, в отличие от нее не делая ни малейшей попытки приблизиться к поверженному врагу, - Надеюсь, тебе достанет разума не рассчитывать на большее и покинуть мои владения. От себя могу лишь сказать, что буду не прочь вскоре обнаружить твое тело где-нибудь в лесу.

- Благодарю за милосердие! – вскинулся оборотень и, иногда не сдерживая гримасы боли, с откровенным трудом поднялся на ноги. Девушка, следуя его примеру, тоже выпрямилась и сделала на всякий случай шаг назад. Впрочем, Ричард сейчас явно не планировал предпринимать попыток похищения.

- Надеюсь, что ты, мальчишка, будешь последним, кто увидит мой труп! – раздраженно выговорил он и, вновь закашлявшись, с некоторым трудом продолжил, - Вы, видать, наивно полагаете меня злым и плохим? Ах, бедняжки, как же вы разочаруетесь в своих предположениях, когда Альберт доберется до вас!

- Кто?.. – непонимающе нахмурилась Татьяна, однако, не желая на самом деле выслушивать пояснений, чуть покачала головой, - Ричард, пожалуйста, не приходи сюда больше. В следующий раз все может закончится куда как более плачевно…

- Летального исхода ты не дождешься, - хмуро буркнул мужчина и, прижав руку к искалеченной грудной клетке, прихрамывая, направился восвояси.

Роман, внимательно проследив путь оборотня где-то до середины холма, неопределенно хмыкнул и, не говоря ни слова, решительным шагом направился в замок. Лев, подождав, когда брат хозяина скроется в глубинах холла, последовал за ним.

Не прошло и минуты, как Татьяна и Эрик остались на небольшой полянке перед замком, где только что кипела столь жаркая схватка, совершенно одни. Девушка напряженно облизала губы и медленно повернулась к блондину. Интуиция подсказывала, что ее ждет хорошая взбучка.

- Я не помню, чтобы я разрешал тебе приказывать Винсенту, - медленно и все еще весьма прохладно проговорил блондин, скрещивая руки на груди, - Ты должна была оставаться в замке, а не мешать мне.

- И смотреть, как Винс убивает Ричарда? – Татьяна слегка вздохнула и развела руками, - Уж прости, я так не могу.

- Мне казалось, судьба этого оборотня мало волнует тебя, - голос Эрика, казалось, холодел с каждой секундой, - Вижу, я ошибся. Ты можешь догнать его, я не стану мешать.

- Эрик… - девушка, неожиданно сообразившая в чем на самом деле причина недовольства блондина, тяжело вздохнула, - Прошу, не надо ревновать. Дело вовсе не в том, что он мне дорог или что-то такое, я просто не хочу, чтобы ты или Винсент становились убийцами! Тем более убийцами знакомого мне челове… существа.

- Я уже убийца, - отчеканил хозяин замка и, набрав побольше воздуха, перевел взгляд в сторону, - И я вовсе не ревную! Ну, может быть только немного… Но дело не в этом, Татьяна, почему ты продемонстрировала перед этими людьми столь вопиющее непослушание? Что они подумают теперь?

- Они подумают, что ты меня не загипнотизировал, - хладнокровно ответила Татьяна и, снова вздохнув, коснулась ладонями все еще скрещенных рук собеседника, - Прошу тебя, давай просто закроем эту тему? Ричард не вернется больше… я надеюсь, а людей ты напугал так, что они теперь и смотреть в сторону замка будут опасаться. Все же получилось как нельзя лучше, верно?

Несколько секунд хозяин замка молчал, явственно обдумывая слова девушки. Затем, в свою очередь вздохнув, медленно опустил руки.

- Наверное, - признал он, чуть пожав плечами и, вероятно, желая немного переменить тему, добавил, - О чем он говорил? Кажется, намекал, что какой-то Альберт для нас опаснее, чем он… Кто это, ты не знаешь?

- Не имею ни малейшего представления, - Татьяна чуть поморщилась, - Да и имя вызывает не самые приятные ассоциации… Давай вернемся в замок, а? А то, по-моему, снова собирается дождь.

Эрик кивнул и, словно для того, чтобы подтвердить окончательное примирение, взял собеседницу за руку, мягко увлекая ее в замок.

 

***

В холле хозяина замка и его спутницу поджидала довольно необычная, и вместе с тем отчасти даже забавная картина. На стуле, покинутом совсем недавно Эриком, гордо восседал Роман с весьма недовольным выражением лица. Руки молодого интантера были скрещены на груди, одна нога закинута на другую – вся его поза наглядно демонстрировала и подчеркивала владевшее им возмущение.

Возле его ног, что само по себе уже было удивительно, с не менее недовольным видом возлежал лев, раздраженно подергивающий хвостом. Сложно сказать, что являлось сейчас причиной раздражения огромного хищника – только ли что происшедшая сцена с участием Ричарда, или же все-таки сидящий на стуле брат хозяина замка. Как уже успела заметить Татьяна, к Роману Винсент испытывал прямо-таки особенно горячую любовь.

- Чудная картина, - не удержалась девушка, - И на какую тему референдум?

Лев молча встал и, дернув хвостом с куда как большей силой, гордо поднял голову, быстрым шагом направляясь к дверям гостиной и даже не удостаивая девушку взглядом. Татьяна проводила его хмурым взором, однако, разобраться с обидчивым хранителем памяти решила позже, переводя глаза вновь на восседающего на стуле Романа и чуть разводя руками.

- Референдум завершен, а мне так никто и не сообщил даже его причины.

- А ты подумай, - не скрывая издевки в голосе предложил юноша, поднимаясь на ноги, - Ты же у нас девочка самостоятельная, вот и действуй в самостоятельном направлении. А у меня и без того дел по горло, - и с сими словами он, будто бы избегая слушать ответ на собственные слова, поспешил покинуть холл не менее быстрым шагом, чем скрывшийся до того в дверях гостиной лев.

Татьяна тяжело вздохнула.

- Прекрасно, теперь еще им объяснять основы законов моей совести, и их чести и благородства. Вот уж не думала, что кроме тебя, меня будет дружно обвинять весь коллектив защитников замка! – и, слегка фыркнув, она скрестила руки на груди, - Надеюсь, хоть Ричард не винит меня сейчас ни в чем.

- Кажется, он не был так уж рад оказанной тобой помощи, - Эрик усмехнулся и, приобняв девушку за талию, уже куда мягче прибавил, - Не переживай. Роман отходчив, а Винсент… Ну, я не думаю, чтобы лев умел так уж долго держать обиду.

- Я на это надеюсь… - пробормотала в ответ Татьяна, неожиданно очень живо представив себе недовольное лицо хранителя памяти, - Ладно… Как-нибудь разберусь, - и, вспомнив внезапно о протекающей крыше своей спальни, осведомилась, - Эрик, а в замке не найдется еще одной свободной комнатки?

Блондин, от столь неожиданной смены темы непонимающе нахмурившийся, тотчас же вопросительно приподнял брови.

- Разве тебя не устраивает та, что отведена тебе?

- Меня не очень устраивает протекающая крыша в ней, и лужа, бессовестно организовавшаяся на моей кровати, - хмыкнула Татьяна и совершенно удивительно для себя, подняла руку, странно-привычным жестом теребя кулон, - И мне почему-то кажется, что найти другую комнату будет проще, чем починить эту дырявую крышу.

- Возможно, - лаконично ответствовал Эрик и, потерев подбородок, добавил, - Погода определенно оказала благоволение этим людям, - дождь закончился незадолго до того, как они подошли к замку, а сейчас, похоже, начинается вновь.

- Да уж, - буркнула девушка, - Не иначе, как кто-то подшаманил им в помощь… Так ты поможешь мне насчет комнаты?

- Я подумаю, что можно сделать, - кивнул хозяин замка, решив не заострять внимание на странном слове, употребленном собеседницей и, помолчав, добавил, - В случае чего, я могу уступить тебе свою комнату.

- Так у тебя все же есть комната? – оживилась Татьяна, с интересом взирая на все еще обнимающего ее молодого человека, - Тогда почему же ты все время сидишь тут?

- Мне так удобнее, - пожал плечами Эрик и, отпустив собеседницу, подошел к стулу, несколько демонстративно усаживаясь на него, - Не вижу смысла сидеть в комнате.

- Ну да, там-то никто не увидит… - пробормотала девушка и, слегка вздохнув, продолжила уже громче, - Пойду я, что ли, выясню отношения с Романом. А то как-то не очень приятно, когда знаешь, что кто-то на тебя дуется.

- Удачи, - последовал спокойный ответ, и молодой человек, словно бы подчеркивая конец разговора, закинул ноги на стол, складывая затем пальцы домиком.

Татьяна, не удержавшись, чуть покачала головой и, исполняя собственные слова, быстрым шагом направилась в сторону гостиной. Говоря начистоту, в первую очередь девушка планировала побеседовать вовсе не с Романом, а с Винсентом, но поставить в известность об этом хозяина замка по понятным причинам не могла, посему пришлось отовраться беседой с юношей. Однако, не зря люди сложили поговорку о располагающем Боге.* Случилось так, что Татьяна, вопреки собственным желаниям, в первую очередь все-таки оказалась в компании Романа, и первый разъяснительный разговор состоялся именно с ним.

Стоило девушке войти в гостиную, и едва успеть мельком удивиться непривычной чистоте, как взгляд ее тотчас же зацепился за высокую фигуру светловолосого человека во фраке не столь старинном, сколь старом, стоящего возле сидящего за столом младшего брата хозяина замка. Все мигом стало на свои места. Роман, заметив вошедшую девушку, неожиданно приветливо улыбнулся и, махнув рукой в сторону нескольких свободных стульев, жизнерадостно провозгласил:

- Давай-ка выпьем, непослушная няня, за то, что твой оборотень все-таки удрал, поджав хвост! Как там говорится – где же кружка? – окинув задумчивым взором стол, юноша вопросительно глянул на мажордома, - Анхель, где кружка?

- Бокал, месье, - с вежливым хладнокровием ответствовал тот, изящным жестом указывая на стол, где перед одним из стульев уже и в самом деле возник бокал, наполненный чем-то бордово-красным. Татьяна, как раз успевшая приблизится к этому самому месту, осторожно уселась на кажущийся едва ли не самым хлипким из всего набора стульчик и подозрительно уставилась на бокал.

- Выпьем, Анхель, где же кружка… - пробормотала она себе под нос, однако, тотчас же сообразив, что это заявление прозвучало, вероятно, не совсем вежливо, виновато подняла глаза на мажордома, - Прошу прощения.

Анхель едва заметно улыбнулся и, на мгновение прикрыв глаза, чуть склонил голову. Жест этот выглядел как милостивое дарование просимого прощения, и Татьяна, считая инцидент исчерпанным, предпочла вновь уделить внимание бокалу. Взяла его в руку и, недоверчиво понюхав содержимое, опасливо сделала небольшой глоток. Жидкость, наполняющая бокал, безусловно, отнюдь не казалась похожей на кровь, была явственно прозрачнее, да и цвет имела совершенно иной, однако девушка, небезосновательно полагающая, что от очаровательного мажордома можно ждать чего угодно, предпочла убедиться лично. Удостоверившись же, что вниманию ее предоставлено не более, чем вино, она успокоилась и, наконец, снова обратилась к терпеливо ожидающему этого мига Роману.

- О, она наконец-то вспомнила о моем существовании, - не преминул отметить тот и, откинувшись на спинку стула, ухмыльнулся, - Анхель, ты можешь поздравить меня, девушка наконец-то решила, что я интереснее бокала!

- Поздравляю, месье, - тонко улыбнулся в ответ мажордом. Глаза его при этих словах загадочно блеснули, однако же он, отступив в тень, поторопился скрыть этот блеск.

- Я тебя тоже поздравляю, - хладнокровно вставила Татьяна, покачивая бокал в руке, - Ты, как я понимаю, уже оттаял и больше не дуешься?

- Ну, не то, чтобы совсем… - задумчиво проговорил юноша и, нахмурившись, внезапно подался вперед, кладя локти на стол, - Может быть, предпримешь попытку объяснить свой до крайности безответственный поступок?

- Безответственный? – девушка, только, было, собиравшаяся сделать глоток вина, с тихим стуком поставила бокал на стол, - Что безответственного в спасении чужой жизни?

- В спасении жизни того, кто скорее всего вернется вновь и продолжить портить жизнь нам? – чуть приподнял бровь интантер и, фыркнув, саркастично добавил, - Я прямо даже и не знаю.

- Перестань, - Татьяна поморщилась и, не испытывая более желания пробовать вино, с тяжелым вздохом облокотилась на стол, - Он когда-то спас меня, теперь я спасла его. Вернула долг, можешь это так воспринимать.

- Он спас тебя? – со странным выражением повторил молодой человек и вновь откинулся на спинку стула, - Ну-ка, поподробнее с этого места. Когда это он тебя спасти успел?

- Давно, - девушка вновь поморщилась, с неохотой возвращаясь мыслями в прошлое, - Года полтора назад… Это долгая история, Роман.

- А у меня как раз уйма свободного времени! – юноша сверкнул в улыбке идеально ровными белоснежными зубами и выжидательно уставился на собеседницу, - Внимаю тебе, дочь моя. Не будешь колоться – нажалуюсь Эрику, будем вместе тебя допрашивать.

- Ужаснее и не придумать, - фыркнула Татьяна и, покосившись на замершего, словно изваяние Анхеля, без особого желания начала рассказ, - Не знаю, в курсе ты или нет, но мы с Ричардом были… в общем-то, мы встречались… Даже жили вместе, пока все не случилось так, как случилось и я не оказалась здесь. Ну, и вот… Как-то раз мы с ним очень сильно поссорились. Тогда еще не жили вместе, просто гуляли иногда… В общем, я разозлилась, и отправилась в одиночестве бродить по улицам. Когда шла по довольно неосвещенной аллее, окруженной со всех сторон деревьями и кустами, ко мне неожиданно начал клеиться какой-то парень. А я… - девушка слегка вздохнула, сознаваясь в прошлых ошибках, - Я решила, что клин вышибать надо клином, и вообще, может, это мой шанс забыть Ричарда… В общем, я не стала возражать против его ухлестываний, и когда он недвусмысленно потянул меня в сторону окружающих аллею кустов, я не была против. Думала, он поцеловать хочет или что-то вроде этого… Он прижал меня к дереву, сделал вид, что целует в шею, а потом… - Татьяна сглотнула, - А потом я ощутила проникающие под кожу клыки. Но вот отреагировать никак не успела. Он только успел укусить меня, как его сбил с ног взявшийся буквально из ниоткуда большой черный волк. Он отбросил его от меня и, надо сказать, без особых усилий прогнал. А потом… превратился в Ричарда, - девушка слабо усмехнулась и, тряхнув головой, торопливо закончила, - В общем, это все.

Роман моргнул, одаряя собеседницу довольно странным взглядом. На несколько мгновений в гостиной повисло молчание. Юноша как будто не знал, как реагировать на услышанный рассказ, девушка не видела смысла что-либо прибавлять к сказанному, Анхель же вообще предпочитал прикидываться предметом интерьера. Однако, если бы молодые люди в этот миг более внимательно пригляделись к мажордому, они бы, вероятно, успели заметить промелькнувшее на его лице выражение некой заинтересованности и чего-то еще, чего-то довольно трудноопределимого, но создающего впечатление, что рассказ Татьяны альбинос, безусловно, принял к сведению.

- Так ты хочешь сказать… - медленно начал, наконец, Роман, внимательно глядя на собеседницу, - Что полтора года назад тебя укусил вампир?

- Ну да, - девушка удивленно пожала плечами, - Но Ричард не дал ему завершить начатое, так что…

- Невозможно, - внезапно отрезал ее собеседник и, поднявшись на ноги, прошелся вдоль стола. Затем остановился напротив Татьяны и, опершись на столешницу ладонями, немного навис над ней, серьезно взирая на девушку.

- Есть два варианта окончания укуса вампира, - тихо проговорил он, - Или он кусает тебя, и затем убивает, или, если он прервался по какой бы то ни было причине, его слюна все равно остается в ране, разъедает сознание и тело, и… ты становишься вампиром. Если он укусил тебя…

- Но я не вампир! – возмутилась Татьяна, сама вскакивая со стула, - Разве я похожа на вампира?

- В том-то и дело, что непохожа, - Роман тяжело вздохнул и, отстранившись от стола, вновь прошелся по комнате, - Это-то и странно.

Он неожиданно остановился и, закинув руки за голову, невесело усмехнулся.

- Кажется, я начинаю понимать, почему ты так просто нашла со всеми нами общий язык…



* Дж.Х. Харрис «Как Братец Кролик перехитрил Братца Лиса»

* Человек предполагает, а Бог располагает (прим. автора).